Прокуратура Семилукского района поручила провести проверку подлинности документов, которые местный бизнесмен Петр Арабаджи представлял в судах в качестве доказательства своего права собственности на металлический ангар, расположенный на территории ООО «Завод Воронеж Агромаш». Как оказалось, господин Арабаджи имеет три соответствующие бумаги, которые не соотносятся друг с другом ни по времени, ни по способу получения ангара во владение.
На эту нестыковку обратили внимание владельцы предприятия и неоднократно пытались инициировать возбуждение уголовного дела. Однако семилукские полицейские проводили процессуальную проверку спустя рукава, о чем свидетельствуют и сотрудники прокуратуры, которые получали жалобы на работу правоохранителей. Не единожды, а именно 8 раз они давали отписки, в которых сообщали, что необходимые мероприятия были проведены с нарушениями. Прокуратура сообщает, что дала рекомендации, как именно необходимо проводить проверку. И если ранее – 7 раз – они писали довольно пространно, то теперь в документе есть четкая формулировка «в том числе о проведении и назначении экспертизы».
Казалось бы, это именно то, чего хотели собственники завода. Тем не менее, несмотря на конкретику рекомендаций надзорного органа, есть у такого «поручения» масса подводных камней.
Первый из них заключается в том, что экспертиза по сроку давности изготовления документа проводится в течение 3-6 месяцев. При этом срок процессуальной проверки – всего 30 дней. Пятилетку за три года? Или это формальный способ сделать вид, что делается так, как просит заявитель?
Второй «камень» заключается в том, что при проведении процессуальной проверки сотрудники правоохранительных органов документы для экспертизы у Петра Арабаджи могут только попросить... Бизнесмен совершенно на законных основаниях может сказать, что он их потерял, и полицейским придется поверить на слово, так как никаких оснований для проведения обыска и выемки документов у них нет.
С третьим «камнем» придется столкнуться, если Петр Арабаджи проявит великодушие и представит документы для экспертизы. Если ее всё же удастся провести и она покажет, что какие-то из бумаг – подделки, то возбудят уголовное дело. И вот уже в рамках него подозреваемый может не согласиться с результатами первой экспертизы и затребовать провести новую. Это займет снова от 3 до 6 месяцев. Однако останется ли материал для работы? Ведь для проведения такого рода проверки документ частично уничтожается. Получается, что в уголовном деле будут фигурировать изначально частично уничтоженные документы, рукописного текста в которых может запросто не хватить на проведение новых исследований.
Так что скрывается за таким широким жестом надзорного ведомства: желание добиться справедливости или сделать вид, что жалобы собственников завода наконец услышали?
