Up

WorldClass

26 сентября 2021, 02:39
Экономические деловые новости регионов Черноземья
16+

Отель Марриотт

HeadHunter

Главная / Аналитика / О коррупции, работе с корпорациями и продаже ЛОС – партнер воронежской ЮК «Центральный округ» Дмитрий Просвирин

26.08.2021, 21:00

О коррупции, работе с корпорациями и продаже ЛОС – партнер воронежской ЮК «Центральный округ» Дмитрий Просвирин

Воронеж. 26.08.2021. ABIREG.RU – Аналитика – Юристы – одни из немногих, кто в пандемийный период чувствует себя неплохо: количество конфликтов выросло, работы прибавилось. Рынок юридических услуг растет, становится меньше «решал», меняется отношение к самим юристам. Управляющий партнер воронежской юридической компании «Центральный округ» Дмитрий Просвирин подробно рассказал «Абирегу» о состоянии регионального рынка, коррупции в судах, работе с международными клиентами, конфиденциальности, а также о влиянии уголовного дела директора ЛОС на продажу активов.

О рынке, конкуренции и «решалах»

– Давайте начнем с той темы, с которой сегодня начинается чуть ли не каждое интервью. Как пандемия отразилась на рынке юридических услуг, как ваша компания проходила этот период?

– Мы – одна из немногих отраслей, которые выросли. Юристы чувствуют себя хорошо, я бы сказал, лучше, чем в допандемийный период. На сегодняшний момент юридический рынок, по крайней мере региональный юридический рынок Черноземья, стабильно растет. Подобная картина наблюдается и у наших коллег в Самаре, Екатеринбурге, Новосибирске и других городах. В то же время многие федералы, крупные юридические компании страны испытывают недостаток клиентов и кадровый голод. Думаю, это не случайность, а сигнал всей отрасли, указывающий на то, что на стагнирующем бизнесе рост юридического рынка ограничен, и пока это затрагивает самых крупных.

– Почему так складывается?

– Приток юридической работы чувствуется, когда на рынке возникает кризис неплатежей, появляются проблемы с ликвидностью и, как следствие, бизнес сталкивается с повсеместным неисполнением обязательств. То есть когда сторона конфликта использует спор не как способ получения недорогой отсрочки в оплате или ином исполнении, а когда их действительно невозможно исполнить и никакого компромисса между спорящими сторонами достигнуто быть не может. А дальше ситуация очень похожа на пандемию: «нездоровый» бизнес тянет за собой в дефолт кажущийся еще «здоровым» бизнес, а те, в свою очередь, проверяют на прочность следующих по цепочке. И как только следующего в цепочке не находится, то количество новых споров резко сокращается. Какое-то время юридический рынок продолжает поддерживать высокий темп на производных юруслугах для разорившихся или прячущих активы (коллекторство, банкротство и т. п.), но неизбежно замедляется. Первыми это ощущают на себе самые крупные немаржинальные федеральные игроки, и особенно те, кто специализируются на первичных услугах.

– Чем хуже бизнесу, тем лучше юристам?

– Я бы сформулировал иначе: чем хуже бизнесу, тем хуже юристам! Ну и наоборот. Вопрос в том, как юриста воспринимает бизнес и чем он может помочь. В продолжение аллегории с пандемией: именно сильная юридическая работа, как хорошая вакцина, дает возможность в разгар эпидемии избежать болезни: своевременный скоринг, выверенный договор и правильно подобранные способы его обеспечения, быстрый судебный спор и вовремя начатая процедура банкротства – в такой связке выигрывает и бизнес, и юрист. И наоборот, «сгорел» клиент, и ты одномоментно лишился и дохода, и качественного сарафанного радио.

– Почему региональный рынок юридических услуг чувствует себя лучше, чем федеральный?

– Наряду с уже упомянутыми обстоятельствами есть еще одно предположение. Cреднестатистический клиент всё более придирчиво и внимательно относится как к качеству, так и к результату работы. Ищет для себя «золотую середину». Если есть возможность получить тот же самый результат с помощью компании, которая берет за свою услугу существенно меньше, то, конечно же, в ситуации экономии он будет искать более недорогой вариант. Такой конкурентный продукт всё чаще предлагают региональные юридические фирмы, чья экспертиза не уступает по уровню, и новые, узкопрофилированные юридические компании, выделяющиеся из крупных федеральных фирм. Именно этим, на мой взгляд, и объясняются участившиеся случаи таких разделений и выделений. Подобные изменения самым непосредственным образом оказывают влияние на нас, и мы с должным вниманием наблюдаем за этими процессами.

– Во сколько раз выросли ваши финансовые результаты и что сейчас происходит с ценами на юридические услуги?

– К сожалению, мы не растем кратно. В среднем на 20-25% в год, и это выражается и в количестве клиентов, и в количестве проектов в работе, и, соответственно, в зарабатываемых деньгах.

Что с ценами? На растущем рынке растут и цены на юридические услуги. Наши цены сопоставимы с утвержденными адвокатскими расценками. Однако сегодня на рынке можно встретить разные ценовые предложения. Например, день занятости представителя в 19-м арбитражном апелляционном суде стоит на воронежском рынке от 5 тыс. до 50 тыс. рублей. И последняя цифра не является пределом. Другими словами, каждый может найти себе юриста по карману. Но не стоит забывать, что как высокая, так и низкая цена услуги не является гарантией должной квалификации привлеченного специалиста. Выбор юриста без качественной рекомендации – это вообще отдельная тема для разговора.

– Раз коснулись уже конкуренции, есть ли она в Воронеже? Имеет ли место на рынке такое явление, как недобросовестные юристы?

– Тут два аспекта. Первый – это недобросовестные юристы, которые хотя и называют себя юристами, но фактически просто обманывают своих клиентов, присваивая себе их деньги. Они работают на рынке оказания услуг физическим лицам и пользуются их откровенной юридической неграмотностью. Готовят юридические документы, совершают какие-то юридические действия, но эта работа не нужна клиенту, она заведомо не может помочь разрешить возникший у них вопрос. Агрессивная реклама и неисполнимые обещания делают свое дело, мы практически ежемесячно слышим о таком.

Второй аспект – профессиональное юридическое сообщество. И прежде всего оказывающее юридические услуги бизнесу. Это максимально профессиональная среда, такой конкуренции, профессионализма и новых подходов в работе на воронежском рынке юридических услуг никогда не было. Совершенно очевидно, что от такой ситуации на рынке выигрывает клиент.

– Существует ли сегодня коррупция в судах и как относятся к «решалам»?

– Я приведу такой пример. Еще лет 10 назад считалось дурным тоном, если ты в ответ на запрос клиента не мог ему предложить иной, не юридической услуги, гарантирующей решение его вопроса. В какой-то момент это вообще превратилось в отдельную услугу, оказываемую людьми, не имеющими никакого отношения к юридическому сообществу. Череда громких уголовных дел и кадровые решения в судейском корпусе резко изменили и успокоили ситуацию. Существует ли коррупция сегодня? Предполагаю, что да, как и во многих других сферах. Но сегодня это скорее исключение из общего правила. Как относятся к «решалам»? Для юридического бизнеса – это безусловное зло, нивелирующее экспертизу юристов, их опыт и знания, а значит, обесценивающее стоимость юридической услуги. Поэтому отношение категорично отрицательное. Думаю, что и для получателя такой услуги в среднесрочной перспективе последствия будут негативными. Она рано или поздно [обернется] против него самого. Стоит помнить, что последствия могут оказаться критичными и применительно к уголовным последствиям данного преступления.

О господдержке, работе с корпорациями и продаже ЛОС

– Довольно много говорили о моратории на банкротство. Что вы думаете насчет этой меры?

– С точки зрения регионального рынка тема явно перегрета. Она, на мой взгляд, вообще никак не повлияла на количество банкротств. В Черноземье за этот период произошло много банкротств компаний, которые являются уж если не градообразующими, то, безусловно, значимыми предприятиями, которые достаточно серьезно формировали бюджет регионов. Но они не попали под мораторные нормы. Делаю вывод, что те, кто реально смог защититься и получить какую-то передышку в регионе, – это предприятия уровня ВАСО, Воронежского механического завода и им подобных.

На практике нам один или два раза пришлось столкнуться с ситуацией, когда компания попала под мораторий и мы просто не смогли инициировать процедуру банкротства. Но с другой стороны, без каких либо ограничений в последний год в процедуры попали такие предприятия Черноземья, как ГМЗ, «ЦНО-Химмаш», «Генборг» и многие другие. Это мастодонты региона, тем не менее они не дотянулись до этой льготы и все как один ушли в процедуру банкротства.

– Были ли за время пандемии запросы от клиентов на получение господдержки?

– Да, но на уровне консультаций. Ни в одном процессе или в досудебном урегулировании мы участия по такой теме не принимали. Всё обещанное было предоставлено государством в установленном законом порядке. Жалобы в этом вопросе скорее сводились к вопросу недостаточности и несвоевременности мер поддержки, необходимости расширения перечня пострадавших отраслей. Но это к вопросам правоприменения не относится.

– Среди ваших клиентов крупные холдинги и корпорации. С какими запросами приходят они и в чем особенность работы с компаниями такого уровня?

– Действительно, мы одна из немногих компаний в регионе, которая в своем абонентском портфеле среди клиентов имеет крупные федеральные и международные фирмы. Полтора года назад мы выиграли тендер «Фольксваген Груп Рус». Мы стали одной из пяти юридических компаний в России, которые получили возможность сопровождать работу корпорации по представительству ее в суде по вопросам борьбы с потребителями-экстремистами.

– В чем особенность работы с «Фольксваген Груп Рус» и другими корпорациями?

– У них досконально прописаны все алгоритмы работы, начиная с деловой переписки и заканчивая встречами и процессуальным поведением в суде. Они настолько детализированы и структурированы, что ты становишься частью их проработанной системы, которая дает возможность не допускать обидных ошибок, связанных с персоналиями. Да, с точки зрения юриспруденции каждое судебное дело, каждая ситуация уникальна и невозможно четко прописать требуемое процессуальное поведение. Но в вопросах отчетности перед клиентом ты максимально дисциплинирован.

Еще один интересный момент. Мы практически не получаем «домашних» судов. Заказчик готов переплачивать за перелеты и переезды только лишь для того, чтобы исключить гипотетическую аффилированность между участниками процесса. Кстати, этот контракт дал возможность многим нашим сотрудникам улучшить свои географические познания. Архангельск, Мурманск, Мортка – легко!

– Интересно, как они пришли к этому...

– Думаю, это хороший пример эффективного администрирования и закрытия тех ошибок, которые когда-то, вероятно, были совершены. Среди клиентов, которые также отличаются глубоким структурированием процессов и формой отчетности, – компания Pirelli. Это воронежский шинный завод, принадлежащий бренду Pirelli. В одном ряду с ним компания «КУН Восток». Эти французские партнеры очень похожи на упомянутых выше немцев и итальянцев.

– Такая структурированность помогает или всё-таки мешает?

– Часто это мешает, не дает возможности самостоятельно и быстро принять решение. Но я думаю, что в долгосрочной перспективе это приносит хорошие плоды как для заказчика, так и для исполнителя, так как избавляет от пресловутых технических ошибок и злоупотреблений.

– В чем специфика взаимодействия юридических компаний с холдингами, в которых и так есть полноценные юридические отделы?

– Сегодня бизнес понимает, что юриспруденция усложняется, а вопрос специализации выходит на первое место. Невозможно быть профессионалом во всех областях права. Даже внутри нашей компании коллеги, которые специализируются, например, на процедурах банкротства, не пытаются погружаться в вопросы интеллектуальной собственности. И если внутри процедуры банкротства возникает обособленный спор, например по товарному знаку, то к нему привлекается профильный специалист.

Держать у себя в штате юриста, чья экспертиза потребуется один раз в год, для бизнеса зачастую очень дорого. Привлекать его на иные текущие вопросы также крайне расточительно. Это всё равно что королевской печатью колоть орехи. Поэтому, как правило, в крупных компаниях внутренняя юридическая служба заточена на текущее сопровождение. Но когда возникает узкопрофессиональный вопрос, то к работе привлекают сторонних специалистов.

По этой схеме мы работаем со многими крупными компаниями в регионе. Наверное, стоит некоторых назвать. «РВК-Воронеж» – мы сопровождаем периодически их трудовые споры, у нас высокая экспертиза в этом вопросе. В этом году мы начали сотрудничество по вопросам корпоративного права с «Молвестом». Сопровождаем проекты компаний «Эфко», ФК «Аксиома», AZIMUT Hotels, ОА «КРОКУС», «Промтекстиль», «Мебель Черноземья» – можно перечислять и перечислять. Главное в нашей работе – высокая экспертиза.

– Часто бывает так, что вы считаете, что историю нужно рассказать в СМИ, а клиент не согласен с этим? Пытаетесь его переубедить?

– Да, такие ситуации возникают. Иногда просто жизненно необходимо освещение возникшего конфликта. Для примера расскажу историю компании «Икеа». Мы сопровождали их спор по кадастровой стоимости. Для региона это один из самых крупных споров по сумме снижения кадастровой стоимости, речь шла почти о 1,5 млрд рублей. По понятным нам причинам наши процессуальные оппоненты – ДИЗО и городская администрация – «уводили» нас на третью судебную экспертизу без каких-либо оснований на это. Очевидно, что в этом не было никакой необходимости, и мы всячески этому противостояли в суде. Все понимали, что спор в конечном итоге идет о будущих налогах, а дельта в 10-15% при столь существенной налоговой базе будет значительна. Нам казалось, что это нужно осветить. И не только в региональных СМИ, а возможно даже, в федеральных. К нашему сожалению, клиент отказался, и мы ожидаемо получили корректировку цены.

Можно ли было избежать такого исхода? Думаю, да. Наша практика показывает, что мягкая сила СМИ дает возможность правоприменителю максимально концентрироваться на норме права, не отвлекаясь на посторонний шум.

– Вы сопровождаете сделку по продаже Левобережных очистных сооружений муниципалитету. На прошлой неделе стало известно об уголовном деле в отношении директора ЛОС. Как это может повлиять на сделку?

– Нет, мы ведем только часть фронта работ. Полагаю, что события прошлой недели никак не повлияют на реализацию сделки: переговоры находятся в завершающей фазе, согласованы все существенные условия сделки и сроки ее реализации. Каждая из сторон намерена полностью закрыть сделку в текущем году.

О профессии, кадрах и Форуме мастеров

– Поменялось ли отношение к профессии юриста?

– Нет, профессия великолепная, но специфическая, требующая ежедневной полной самоотдачи. Кто-то разочаровывается в профессии и уходит, кто-то выгорает и остается на околоюридической, технической работе. Но тех, кто в свое время не ошибся с выбором, профессия юриста сторицей благодарит. Да и просто является хорошим подспорьем в повседневной жизни.

И с этим у каждого юриста есть похожая история. Многие знакомые, родственники и друзья полагают, что ты должен разбираться именно в их вопросе, и причем с ходу. Ты ж юрист! Право соцобеспечения, военное право, субсидии одиноким матерям... Выходишь иногда в выходной и до начала разбора своих завалов в работе потихоньку самообучаешься непрофильным направлениям!

– Уровень выпускников тех же воронежских вузов достаточен?

– И эта тема мне кажется перегретой. Поясню. Как и 10, и 15, и 20 лет назад, выпускники разные и успеваемость у них разная. ЮК «Центральный округ» много внимания уделяет вопросу пополнения команды, прежде всего молодыми специалистами. Возможно, мы баловни судьбы, но коллеги, принятые на работу в последние несколько лет, – это выпускники вузов с красными дипломами и высочайшим уровнем теоретических знаний. То есть если вы хотите найти на рынке толкового молодого специалиста, выпускника последних курсов или первого года работы, при желании и необходимом времени на собеседование это всегда можно сделать. Хвала альма-матер, что наряду со всеми вузами, которые выпускают юристов в нашем регионе, априори уровень ВГУ – некий стандарт качества. Их уровень, безусловно, выше, чем где бы то ни было. Спасибо Юрию Старилову (декану юридического факультета ВГУ – прим. ред.).

– Когда выпускник приходит на работу, то многое зависит и от компании. Как его адаптируют, обучают?

– Еще лет семь назад мы этим вопросом не задавались, но сегодня мы начинаем чувствовать ответственность за своих коллег. Начали отправлять ребят на обучающие семинары и прикладные курсы повышения квалификации. Мы считаем, что такие вложения в сотрудников, в руководителей практик, в партнеров – это лучшие инвестиции. Риск смены места работы сотрудником существует, конечно, ведь на «Центральном округе» свет клином не сошелся. Но опасаться, что от тебя могут уйти люди, и поэтому в них не вкладываться – это еще большие риски для компании.

Я сейчас и сам обучаюсь вместе с коллективом. Сидим за одной партой, грызем гранит риторики. После рабочего дня смотришь на часы – 9 вечера, а у ребят глаза горят, получают новые практические знания.

– Какой у вас сейчас штат?

– 23 человека. Это всё юристы. И два офиса в городе.

– Сами как-то участвуете в подготовке кадров?

– Это интересная тема. Мы в этом году договорились и сейчас активно работаем над учебным планом по курсу практической юриспруденции в Академии правосудия для студентов выпускного курса. Постараемся привлечь преподавателей не только из ЮК «Центральный округ», но и из иных статусных юридических команд региона.

– Вы выступаете партнером юридического Форума мастеров. В чем его специфика?

– На сегодняшний день это уже более 20 секций по разным отраслям права. Помимо уникальной для региона повестки нам удалось собрать спикеров и участников форума федерального уровня. Это Роман Бевзенко (партнер ЮК «Пепеляев групп»), Евгений Тимофеев (партнер Bryan Cave Leighton Paisner), Александр Ермоленко (партнер FBK Legal), Алексей Артюх (партнер юридической компании Taxology) и многие другие.

Это элита юриспруденции. Одно дело, если ты в «Кейслуке» или «Консультант+» читаешь судебный акт Верховного суда. И совсем другое, когда ты «вживую» общаешься с юристами, которые участвовали именно в этом деле, формировали правовую позицию, доказывали и защищались.

– Какие секции вы бы выделили?

– В этом году будет очень сильная банкротная секция. Ее модератором выступит мой коллега, управляющий партнер ЮК «Центральный округ» Станислав Валежников. Будет секция, посвященная уполномоченным по защите прав предпринимателей с участием воронежского бизнес-омбудсмена Павла Ковалева. Под эгидой проведения в Воронеже этого мероприятия мы объединяем не только черноземных, но и уполномоченных из других регионов.

Ждет Воронеж и мощнейшая налоговая секция. Для понимания: час консультации любого из присутствующих на ней партнеров вне форума превышает 30 тыс. рублей. Но у каждого участника форума будет возможность абсолютно бесплатно пообщаться с любым из спикеров, получить правовой совет.

– У меня единственный вопрос, сколько же стоит выступление таких экспертов?

– В этом мероприятии мы выступаем как организаторы, как коллеги, которые оказывают посильную помощь. Говоря о Форуме мастеров, прежде всего, нужно отметить юриста и нашего друга Николая Андреева – это идеолог, генератор, по сути, сердце этого форума. Благодаря ему это всё и происходит. Его уровень контактов и веса в деловой среде дает возможность не считать привлеченных спикеров как основную затратную часть этого мероприятия.

Фотографии предоставлены ЮК «Центральный округ»

Инна Гресева
Комментарии 1
СМИ2
TOP100

ПрессИндекс

Самое читаемое

Промышленный форум