Up

Благотворительный фонд Чижова

08 декабря 2021, 18:49
Экономические деловые новости регионов Черноземья
16+

HeadHunter

, 15:59

Директор курской государственной телерадиокомпании «Сейм» Александр Ярош: «Хайпить легко и очень соблазнительно»

Курск. 29.10.2021. ABIREG.RU – Аналитика – «Абирег» продолжает проект «Первые», в рамках которого разбирается в тенденциях и проблемах развития регионального медиарынка. В этот раз мы поговорили с директором курской государственной телерадиокомпании «Сейм» Александром Ярошем. Он рассказал о том, как мучительно осуществлялся транзит от аналогового вещания к цифровому, а также переформатирование СМИ с уклоном в интернет, в чем заключается миссия «Сейма» и почему подсчеты бюджета телерадиокомпании – это профанация, а книги Виктора Пелевина – это грустно.

– Как и почему вы возглавили телерадиокомпанию «Сейм»?

– Я пришел на телевидение во время избирательной кампании губернатора Романа Старовойта в 2019 году в статусе замдиректора, чтобы заниматься интернет-проектами. После выборов директор «Сейма» написал заявление по собственному желанию, я стал исполняющим обязанности, а потом и руководителем.  В целом никогда не планировал и не представлял, что буду заниматься телевидением.

– Что из себя представлял «Сейм» два года назад?

– Это сложный вопрос: чем глубже погружаешься в тему, тем больше видишь нюансов. Со стороны все видится проще, чем есть на самом деле.

Помню трудность, с которой столкнулся сразу же: телекомпания не могла производить контент оперативно и качественно в техническом плане, а ведь люди привыкли к хорошей картинке. Даже у среднего ютубера она была лучше, чем у «Сейма», потому что были зависающие компьютеры, устаревшие камеры операторов, после съемки видео «загонялось» невероятно медленно, старый экран в студии, частично загороженный после очередной поломки… Единственное классное оборудование на тот момент – студийные камеры, на них и сейчас работаем. Фактически региональная телерадиокомпания не владела надлежащим оборудованием, чтобы удовлетворить растущие запросы времени. «Сейм» находился в состоянии мучительного транзита от аналогового вещания к цифровому, пришлось быстро перестраивать тракт, ликвидировать неэффективные расходы, чтобы высвободить средства на модернизацию. Здесь нам очень помогало руководство региона.

При всем этом я видел много людей, которые любили телерадиоканал и хотели его развивать, горели «Сеймом». Но были и те, кто устал. Главная сила «Сейма» тогда и сейчас – это люди, им живущие. Нужно было им помочь двигаться вперед, поэтому сразу же купили фотоаппарат и штатив, чтобы снимать качественные материалы для предвыборной кампании. Например, пресс-подход Романа Старовойта после объявления результатов выборов был снят для истории на качественное оборудование.

Мне трудно понять, почему «Сейм» был в таком состоянии, почему команда была, а работать ей было не на чем.



– Чем вы занимались до телевидения?

– Занимался самыми разными интернет-проектами, не обо всех можно рассказывать публично. Я – выходец движения «Наши» [молодежное общественное политическое движение, созданное администрацией президента и существовавшее в России в 2005–2013 годах – прим. ред.], об этом много написано и сказано, не буду повторяться. Проекты, которыми я занимался, были разнообразными, – от выставок до курирования telegram-каналов, сетевых проектов, ютуб-каналов, блогеров и ЖЖ-блогеров и тому подобное. Время было такое с его огромным сегментом политической аналитики, которой моя команда занималась и занимается до сих пор.

– На какой опыт вы опираетесь в работе на «Сейме»?

– Я привык много работать. Мне было некомфортно и местами сложно, когда сотрудники уходили с работы и считали, что после окончания рабочего дня их работа закончена. Но со временем мы с этим разобрались. Я и мои коллеги долгие годы работали так, когда в год – две недели отпуска, и все, остальное время – работа в режиме постоянного реагирования. Разумеется, это всегда надлежащим образом компенсировалось. На «Сейме» передо мной стояла задача переориентировать его на интернет. Я приходил на телерадиокомпанию работать, а не просто сидеть в кресле, поэтому многие вещи для меня находятся в области здравого смысла, понятного совершенно любому человеку. Их просто нужно делать. Главное в любой работе – это желание много работать на результат. Важно понимать, что телевидение – это командная история, один человек пришел не в духе и решил расслабиться, и работа всех остальных уже не может это исправить.

– Какие изменения происходили на «Сейме» за последние два года?

– Ключевое – это изменение состава команды и ее настроек. Взошли новые звезды: например, Станислав Костиков выпускает материалы, которые в сумме набирают миллионы просмотров в «ВКонтакте», а его передачу «Экстренный вызов» мы сами ждем с нетерпением, любимая рубрика «одной строкой». Уже давно горящая звезда Юлия Матвеева выпустила новые прекрасные передачи о Курской области, например, цикл «Поехали». К нам вернулась блистательная Кристина Леонова, которая делает крутые глубокие передачи. Посмотрите выпуск про курский рок: она и Ирина Громова вдохнули новую жизнь в наполнение сайта.

Сайт изменился, хотя внешний вид сайта – это больше имиджевая составляющая, ведь основной трафик идет через «Яндекс. Новости», пользователь не видит красот. Мы полностью сменили фирменный стиль и упаковку новостей.

У меня есть красноречивый пример о том, какие проблемы приходилось решать. Мы – это еще и «Наше радио» – одна из двух радиостанций, реально вещающих на территории Курской области, а не только областного центра. На радио у нас прекрасная команда, душа которой – Сергей Харьковский. Она делает новости и передачи, но услышать их прежде было проблематично. Передатчик, работавший в диапазоне 96.0, не покрывал целиком Курск, но при этом деньги за его обслуживание шли, а слушатели не могли получить контент на центральных улицах города. Радиоканал не мог зарабатывать деньги. Какой рекламодатель понесет деньги радиостанции, если ее сигнал невозможно принять в самой густонаселенной части города. Сейчас у нас уверенный прием, этот передатчик добивает при хороших условиях до Рыльска, но мне до сих пор неясно, почему было иначе. Это хорошее нишевое радио с платежеспособной аудиторией. Мужчины в возрасте от 35 лет – основная аудитория. Может, это не самый массовый, но вполне себе крепкий эфирный партнер с очень преданной аудиторией.

Мы изменили ряд технических решений, сейчас мы единственные отдаем сигнал в HD в кабель, перевооружили операторов оборудованием, заменили оргтехнику и так далее.

Мы научились вести прямые трансляции, у нас есть полный комплект оборудования для этого: прямые трансляции эфиров губернатора с внешних площадок теперь ведем мы, «Бои без правил» в Спортивно-концертном комплексе тоже мы транслировали – смотрели во всем СНГ, в прошлом году мы впервые в истории региона вели трансляцию Пасхального Богослужения из Знаменского собора, за это время мы даже вели прямой эфир с воздушного шара, провели прямую трансляцию концерта Гергиева из Понырей, развернувшись в кратчайшие сроки. Мы не устаем придумывать для себя новые испытания.

Одно из моих первых решений еще на посту замдиректора «Сейма» – создание telegram-канала, потому что у всех наших сред вещания абсолютно разные аудитории. Для понимания, одна из них – самая большая по техническому охвату – это вещание на девятой кнопке Общественного телевидения России (ОТР). Оно критическое и смотрибельное разными возрастами, туда идут врезки эфиров с представителями власти и другие наши программы. Поскольку ОТР является каналом не очень мейнстримовым, там регулярно выходят достаточно острые вещи, у канала есть большая критически мыслящая аудитория. К слову, там нет рекламы, на этом вещании мы ничего не зарабатываем. Кабельное вещание на 21-й кнопке работает на молодежь и рассчитано на крупные города Курской области. А аудитория Курска – это та аудитория, которая читает telegram-каналы. Наш канал, как и многие другие каналы, читают люди, принимающие решения. Зачастую это более оперативно и заметно влияет на медийное поле. У такой аудитории нет времени смотреть телевидение, а короткие информативные посты она прочтет.

– Какова редакционная политика «Сейма» с учетом статуса региональной телерадиокомпании?

– Роман Владимирович с самого начала взял в союзники СМИ, прекрасно понимания, что нельзя решать проблемы, если они не были озвучены, потому что нельзя быть всюду. СМИ и сетевые площадки рассказывают губернатору обо всем, особенно – о плохом. Наша редакционная политика такова – в эфир идет все, что пригодится курянам или хоть чуть-чуть улучшит их качество жизни. И да, согласований «Сейму» не требуется. В рамках избирательной компании мы приезжали в районы по графику губернатора и снимали там проблемные сюжеты. Разумеется, были те, кому это не очень нравилось. Чиновник не смог ответить на простой вопрос о своем городе – ставим в эфир, чиновники должны знать и историю, и культуру своих районов и городов, нет дороги – ставим в эфир, нет воды – ставим в эфир. Никакой постановки, постановки никому не нужны, они подрывают доверие и обесценивают всю работу и СМИ, и власти.

Не сразу удается все сделать, поэтому какие-то темы дожимаем со временем. Например, в Курске в одном из аварийных домов обрушилась плита, и «Сейм» был первым и единственным СМИ, кто туда приехал в течение нескольких часов. Правда, еще раньше на месте был местный блогер. Мы следили и будем следить за ситуацией с домами на улицах Орловской и Дружбе, в которых месяцами нет горячей воды и часты отключения электричества, да и отопление появилось с боем. Чиновники из нашего telegram-канала узнавали, что происходит на месте, на что жалуются люди. Таких примеров множество.

Когда министр здравоохранения России Михаил Мурашко отчитал уже бывшую главу комитета здравоохранения региона, мы поставили это на всех своих площадках, как и некоторые другие СМИ. Не думаю, что это стало причиной увольнения курского чиновника, но недовольство публикацией нам донесли.

По поводу нашего авторского прочтения работы художника Марка Шагала при участии филиала «Квадры», которые не смогли вовремя закончить все работы к отопительному сезону… Знаем, что в мэрии наш юмор не оценили, но картинка разошлась. Мы не считаем, что перегнули палку, потому что это никого не обижает. Это отражение действительности иногда вынужденного ручного управления.

Мы стремимся быть объективным СМИ, поэтому считаем, что нужно, по возможности, брать вторую точку зрения. Но на это уходит много времени, мы теряем оперативность. Начальники и руководители разных уровней предпочитают хорошее сообщать сами, а о плохом умалчивать, это в природе человека. Но тогда спрашивается, о чем говорить нам? Быть вторичными? Это никому не нужно.

– «Сейм» – про положительное позиционирование работы властей, про контекст или про эмоции?

– Мы не являемся пресс-службой Дома Советов: поддержанием имиджа власти мы не занимаемся. Мы работаем в интересах курян, опираясь на журналистские стандарты. У Курской области сейчас ответственная власть, это правда так. Роман Старовойт лично читает сообщения и комментарии, держит руку на пульсе, сам едет к людям, чтобы из первых уст узнать о том, что их волнует, ходит в «красную зону». После каждой оперативки мы рассказываем, как отрабатываются поручения главы региона, иногда наше внимание ускоряет реализацию этих поручений. Сейчас на «Сейме» работает команда, которая верит в то, что делает лидер Курской области, и старается помогать в общем деле.

Эмоции бывают, но стараемся их сдерживать. Правда, не всегда получается, потому что со многими бедами людей работаем до конца, не спускаем на тормозах. Была вопиющая ситуация: на «Сейм» позвонил социальный работник и сказал, что ее престарелая подопечная лежит в мокрой кровати из-за сильного наводнения, и ей нужна помощь. Мы поехали туда и постарались помочь, мобилизовав все службы. В этом наша миссия.  

Власть в лице руководителя региона поставила задачу не умалчивать проблемы, решать их и улучшать жизнь курян. В этом есть имидж власти – быть честными, открытыми, решать проблемы. Это совпадает с журналистскими задачами, которые мы решаем.

Конечно, хайпить легко и очень соблазнительно, но наша работа заключается в другом. Видео драки в ресторане набирает сто тысяч просмотров, а программа «Незабытый город» про историю Курска, над которой работает много людей, – 30 тысяч. Разные аудитории, разные вкусы. Эту программу будут смотреть еще много лет спустя, кому-то она понравится, кто-то будет ее критиковать или использовать в школах на уроках краеведения, а историю о драке в ресторане забудут через три дня. Это разные задачи и разные истории.



– Вы согласны с мнением, что штат «Сейма» раздут, а сама телерадиокомпания пользуется преференциями за счет статуса?

– Не только мы получаем средства бюджета, есть множество организаций, получающих щедрое финансирование и выполняющих самые разные функции. Об этом не принято говорить, но я уверен, и они не зря получают свой хлеб.

Людям вне телевидения трудно объяснить специфику производства. До работы на «Сейме» и я не понимал ее в полной мере. Телевидение – очень дорогая вещь, потому что люди привыкли к высоким стандартам. Если канал им не отвечает, его не будут смотреть. «Сейм» фактически каждый день создает документальный фильм о жизни Курской области, у нас нет времени на неспешное создание контента, новости должны выйти вовремя.  

Чтобы сделать телевизионную новость (оригинальную, а не перекрытый архивом пресс-релиз), нужно отправить корреспондента, оператора с водителем на место. Это три человека. Они получают задание от редактора, это еще один человек. На съемке корреспондент фотографирует, пишет пост в telegram-канал. Как только он возвращается в редакцию, то садится за написание сюжета, если не уезжает на следующую съемку.  После редактор все вычитывает. Потом в работу включается режиссер монтажа, после чего готовый сюжет снова отсматривает редактор, потом формируется выпуск – на ОТР свой без рекламы, на 21 кнопку с рекламой, это кропотливая работа в цейтноте. Я очень обобщенно пересказал, но так происходит пять дней в неделю.  

Мы не закрывались ни на один день во время пандемии и старались друг другу помогать, хотя было страшно. Телевидение – это конвейер с участием большого количества людей. К тому же в нашей стране очень развитое трудовое законодательство. Работники болеют, уходят в отпуска, отпрашиваются, берут отгулы, чтобы подрабатывать, потому что я не могу платить по 80 тыс. рублей, а на 25 тыс. рублей людям невозможно погасить ипотеки, растить детей. Мы стараемся зарабатывать и платить премии, чтобы удерживать наших крутых специалистов, а посредственностей мы не держим. Чтобы выпускать «Незабытый город», я ходил по спонсорам, чтобы высвободить ребятам время и оплатить его, очень помогли с реализацией проекта бизнесмены Андрей Канунников (он же предложил модель финансирования проекта), и Николай Полторацкий, без их помощи проект бы не состоялся. Хорошо, когда на «Сейме» никто не болеет и не отдыхает, но даже в урезанном составе мы вытягиваем, нет права не вытянуть.

Я стараюсь перераспределять работникам нагрузку, но ситуация тяжелая. Мы не получаем финансирование на сайт «Сейма», им занимаются те же, кто делают телевизионный контент. Люди работают по шесть дней в неделю, не всегда успевают отдохнуть, хотя я компенсирую это отгулами. Про водителей с их маленькой зарплатой я вообще молчу, а без их героизма мы вообще не смогли бы работать.

У нас очень талантливые операторы – люди, глазами которых любое событие видят наши зрители. Максим Леонов – человек, который может отработать на съемке не только за себя, но и за корреспондента. Причем максимально качественно. Геннадий Воробьев – один из самых преданных сотрудников телекомпании, заслуженный работник культуры Курской области. Я уже говорил и не устану повторять: люди «Сейма» – его главная сила и ценность.

– Вы зарабатываете деньги самостоятельно?

– Государство оплачивает исключительно производство эфира и прочего контента. Конечно, нам нужны другие источники дохода, потому что телевидение – не на пике и не на росте, это не клондайк.

«Сейм» стал одним из ключевых государственных продакшенов. Здесь одна из ключевых ролей у Анны Пикулиной, которая руководит созданием большинства самых ответственных проектов. Мы производим контент для поездок официальных делегаций в федеральные органы государственной власти. Мы работаем на крупных деловых мероприятиях, праздниках, снимаем корпоративные и некорпоративные фильмы, делаем видеопрезентации и графику, имиджевые проекты. Много чего делаем, чтобы не платить людям по 25 тыс. рублей, иначе они уйдут. Бурно растущее IT отбирает кадры повсеместно, у нас ушел невероятно талантливый звукорежиссер Дмитрий Болдырев, многодетный отец на «сеймовскую» зарплату устал перебиваться, это для нас большая потеря. Главный режиссер Дмитрий Струков уехал с семьей в другой регион, где теплее и доходы выше, мы нашли талантливую замену – Андрея Дегтярева, но терять крутых специалистов очень тяжело.

С каждого рубля, который мы зарабатываем, мы отдаем больше половины налогами: если частный продакшн не платит вообще ничего или платит 6%, я как работодатель плачу около половины. Рынок диктует свои правила, никто не будет платить выше рынка, поэтому приходится брать качеством и оперативностью. У нас серьезный дефицит кадров, чтобы реализовать нужные проекты в области digital и усилить производство программ, нам нужно еще не менее пяти ставок, к тому же мы перешли на собственное программирование, отказавшись от эфирного партнера, работы по составлению сетки вещаний сильно прибавилось, а новых людей мы на это не брали.  

Я отказался от личного водителя. Я, как правило, передвигаюсь на своей машине, потому что понимаю: возьми я служебную, кто-то из ребят не успеет на съемки, или нам придется вызывать такси. Нет секретаря, потому что эту ставку я отдал под более нужные телекомпании задачи. В приемной мы сделали рабочие места для сотрудников редакции из-за дефицита площадей.

– Регулярно журналисты и общественники считают, что они могли бы сделать на бюджет, который имеется у «Сейма». Какой у вас бюджет?

– Да-да, те самые обсуждаемые 50 млн рублей. Если не делать телевидение, а заниматься только интернет-проектом, этого бюджета хватило бы, чтобы работать на всю страну. Телевидение – очень дорогая штука. Проблема в том, что конвейер должен работать каждый день без остановки. Редко, когда у кого-то из сотрудников появляется пара свободных часов. Обычно – цейтнот, существование в режиме подвига.

Я уже упоминал передачу «Незабытый город», так вот, ее автор Ангелина Рязанцева, чтобы успеть все в срок, попросилась поработать в отпуске. Для нее важно сделать все качественно, она гордится передачей, которая в прошлом году выиграла губернаторскую премию. В этом году «Незабытый город» ее не выиграет, потому что дважды подряд не награждают. Но передача делается не ради премии, а для зрителей. Человек, придя на «Сейм», всегда мечтал ее делать, и вот делает. Она локомотив этого проекта, в команде невероятно талантливый художник Павел Соколов, «ожививший» Курскую крепость по рисункам и способный вдохнуть жизнь во что угодно, режиссеры монтажа Сергей Журавлев и Евгений Логвинов.

Хотелось бы больше заниматься интернетом и SMM, но нет штатных единиц. Телевидение и производство новостей отнимают 85%-90% всех ресурсов и сил. Большое спасибо руководству Курской области, которое отказалось от практики бесконечных и бессмысленных совещаний, потому что новости, состоящие из бесконечных бессмысленных совещаний, никому не нужны. Сейчас Роман Старовойт использует собственные соцсети и telegram-канал, чтобы сообщить оперативно о важном.



– Как вы оцениваете медийное пространство в регионе?

– В Курске очень маленький медиарынок: мало заказчиков и потребителей, которые понимают разницу между качественно сделанным продуктом и наскоро слепленным проектом. В медиасфере работают те, кто не могут без нее жить. В нашем регионе это не бизнес, а образ жизни (хотя более точное определение – наркотик) и служение. Те, кто хотят зарабатывать, рано или поздно уезжают в Москву. Для многих опыт работы на телерадиокомпании – это старт для дальнейшей карьеры в смежных областях.

Мне кажется, региональное телевидение находится в состоянии транзита. В стране произошло включение цифрового мультиплекса. Региональные каналы повсеместно потеряли свои позиции, потому что они вещали в аналоге, а в мультиплексе хоть и на хорошей, но далеко не самой популярной кнопке ОТР. В стране ведется много разговоров о третьем мультиплексе – это хороший, большой и дорогой проект, но, скорее всего, он не будет реализован в обозримой перспективе из-за крайне высокой цены.

Один из вариантов возможного будущего – это создание такого приложения для смарт-телевизора, планшетов, телефонов, в котором у каждого региона будет собственное вещание, потому что создавать в регионе еще и свою IT-разработку… Мало сделать приложение, надо его обслуживать и поддерживать, а это дорогостоящая история. Федеральной компании проще поставлять коробочные решения в свои регионы.

Ушли от аналога, но пока к законченной картине не пришли. Совершенно точно, от этого никуда не деться, региональные новости, местные новости – это самый востребованный контент в прошлом, настоящем и будущем. Вопрос, как он будет делаться и в какой среде. То, что это будет видеоконтент, не хайповый, а журналистский, понятно. Как понятно и то, что он будет дотироваться, скорей всего, государством, тем, кто определяет правила, политику жизни общества, просто потому что бизнесу это не вытянуть.

– Скажите, конфликт государственных и частных СМИ существующий или надуманный?

– Не думаю, что он существует, хотя конкурентная среда присутствует. Люди пересекают ту и другую сторону, учатся работать в государственных СМИ, потом уходят туда или наоборот. Конкуренция есть, конфликта нет, люди в общем-то одной породы, у них гораздо больше общего, нежели отличного. Внутривидовые конфликты более выражены, но это логика жизни.

– Как вы отдыхаете и переключаетесь?

– В отпуске посмотрел «Игру в кальмара». Вещь качественная, но депрессивная и при этом очень честная. Читать мало получается, потому что трудно сосредоточиться. Сейчас читаю дочке «Гарри Поттера». Мне очень нравится творчество уральского писателя Алексея Иванова, который работает в разных жанрах. Последнее, что прочитал из него, – «Пищеблок». Сюжет в целом попсовый, но очень талантливо передана знакомая любому постсоветскому человеку атмосфера пионерского лагеря. Он ее постмодернистски обыгрывает, вписывая туда вампирский дискурс, это интересно. Из того, что захватывало до этого, – Умберто Эко «Имя Розы». Виктора Пелевина перестал читать, потому что, занимаясь тем, чем я занимаюсь последние десять лет, я видел, что книги Пелевина сперва описывали то, что происходит (причем там узнавались некоторые мои руководители), а потом стали безжалостно отставать от событий в реальном мире. Это грустно, потому что с Пелевиным связана юность, но это удивительно, что наша жизнь стала зачастую похлеще всякого Пелевина.

Комментарии 2
СМИ2
TOP100

ПрессИндекс

Самое читаемое