WorldClass

20 апреля 2024, 19:56
Экономические деловые новости регионов Черноземья

erid: 2VtzqucPBPb

Экономические деловые новости регионов Черноземья
Экономические новости Черноземья
erid: 2Vtzqv8XR15 Реклама 18+

«Уполномоченный никогда не ставит перед собой цель быть решалой», – тамбовский бизнес-омбудсмен о сложностях взаимодействия с МВД

29.08.2023 08:00
Автор:
«Уполномоченный никогда не ставит перед собой цель быть решалой», – тамбовский бизнес-омбудсмен о сложностях взаимодействия с МВД

Воронеж. 29.08.2023. ABIREG.RU – Интервью – Недавно стало известно о готовящихся поправках в законодательство, лишающих полицию прав контролировать предпринимателей в части требований, которыми занимаются надзорные органы. «Абирег» пообщался с Уполномоченным по правам предпринимателей Тамбовской области Михаилом Козельцевым, чтобы понять, насколько остро стоит проблема взаимодействия с полицией и почему ведомство часто не идет навстречу бизнесу. В процессе разговора вскрылись и другие аспекты давления на бизнес, с которыми господин Козельцев столкнулся за 10 лет своей работы.

– Интересно услышать ваше мнение по поводу давления на бизнес со стороны полиции. В чем суть инициативы и поправок в закон? И в чем вообще проблема, с которой сталкиваются бизнесмены при взаимодействии с полицией непосредственно?

– У полиции особый статус. Уполномоченный по правам предпринимателей РФ Борис Титов разработал очень интересный инструмент – называется индекс административного давления. Мы анализируем, насколько контрольно-надзорные органы ведут себя корректно по отношению к предпринимателям. Мы каждый год подводим итоги и видим, что в целом административное давление на бизнес сокращается. Хорошо, что реформа административных контрольно-надзорных действий прошла, хоть и не в точности по нашему сценарию. Кто-то нас услышал, количество требований сократилось. Всё-таки контроль и надзор повернулись немножко лицом к предпринимателям.

– Но не полиция?

– Что касается полиции, у них всё-таки свои особые условия. Они часто ссылаются на деятельность, в рамках которой могут проводить расследования и при этом ничего не разглашать. В этом случае бизнесмен остается практически безоружным. Даже если он успеет или сумеет обратиться к уполномоченному, то у нас нет никаких полномочий в этом отношении. Поэтому когда происходит такое давление, мы оказываемся в суде, а в суде уголовном тоже у уполномоченного нет полномочий, в отличие от арбитражного процесса. В уголовный процесс мы можем явиться в качестве общественного защитника при условии, что суд разрешит.

Буквально в этом году было рассмотрение дела. В Тамбове есть нашумевшее дело – несколько московских предпринимателей обвиняются в нарушении, всего-навсего в завышении цены контракта. Четырех человек держат в СИЗО уже долгое время. Я свое мнение высказал, пришел в суд, судья говорит: «А мы что, без него не разберемся?» Буквально вот эти слова были сказаны. Есть позиция уполномоченного, которую я через адвоката попытался приобщить. Адвокат пытался меня как общественного защитника в дело включить, но не получилось. Вот и всё.

То же самое касается работы с полицией и следователями, у уполномоченных очень узкое пространство. Хотя даже совсем никакое. Единственный плюс – у нас налажены очень хорошие взаимоотношения с прокуратурой. Благодаря их посредничеству иногда получается что-то разрешить. Но когда не имеешь на руках никаких бумаг и просто с каких-то слов, с листа что-то обсуждаешь, получается очень неквалифицированно. С одной стороны, лезть в оперативно-разыскную деятельность, может, не совсем корректно. Но с другой стороны, мы многого не просим – извещайте нас хотя бы о том, что возбуждено дело, что человек помещен в СИЗО и т. д. Но даже этого не делается. Взаимодействия с МВД нет.

– Еще полиция самостоятельно штрафные санкции может применять.

– Да.

– Предполагается, что и эту возможность нужно исключить? Если полиция вдруг нашла нарушения, то нужно передать информацию в профильные контрольно-надзорные органы, и они уже разберутся. Как это должно быть в идеале?

– Понимаете, зависит от характера нарушения. Если, к примеру, предприниматель у себя в подвале укрывает преступника, то это вотчина полиции. А если вдруг они заметят просроченную колбасу, то этим должны заниматься специально обученные люди из Роспотребнадзора или других ведомств, с которыми у нас выстроена система взаимодействия благодаря общественным советам и заключенным соглашениям.

Поймите, уполномоченный никогда не ставит перед собой цель быть решалой. Нет, мы пытаемся просто внести некую объективность. Мы ничего не требуем, мы высказываем свои соображения. Я уже 10 лет уполномоченный. За это время я испытал колоссальный гнет системы надзора, постоянно слышал: «А почему вы здесь?» Но в итоге удалось доказать, что мы не хотим никого крышевать, мы просто хотим объективности. Мы стараемся быть над схваткой. Это дает свои очень серьезные результаты. Вот, в частности, еще раз говорю, что реформа всё-таки прошла, предпринимателям стало дышать гораздо легче. К сожалению, с судом... Их позиция такова.

– Президент, прокуратура – они в целом поддерживают эту инициативу, если я правильно понимаю?

– Да-да. Президент, вы знаете, за последнее время огромное количество раз произносил примерно одну и ту же фразу: «Кошмарить переставайте, смотрите внимательно». Все эти экономические спады и подъемы вытаскивает бизнес. Мы все живем за счет прибавочной стоимости, которую обеспечивает бизнес, никто другой. Все госструктуры и контрольно-надзорные органы живут за счет государственных денег. Их как таковых нет, их предприниматель создает. Поэтому нужно, чтобы бизнес развивался, тем более малый, любой, какой угодно.

В целом, еще раз повторюсь, с прокуратурой буквально в ежедневном режиме общаемся. На прошлой неделе очередная встреча проходила с прокурором области и предпринимательским сообществом. Это происходит каждые три недели. Мы подключаем районы или приезжаем туда.

– Довольно часто. Что там обсуждаете?

– Как раз поддержку и защиту. Любой человек может прийти и задать вопрос. Я, например, передал прокурору обращение, что один из муниципалитетов уже год не оплачивает контракт. Это моментально в работу запускается, в течение нескольких дней решение принимается.

– А можно ли также в МВД ходить?

– Нет ничего подобного. Даже когда я лично пытался с ними заключить какое-то соглашение о сотрудничестве, так это и осталось на бумаге, мы его так и не подписали. Потому что они со своей стороны ничего не хотят, а с нашей стороны пытаются нас обязать сообщать о нарушениях. Уполномоченный, если к нему обратился предприниматель с проблемой, должен бежать, информировать МВД? Однозначно мы такого права не имеем, даже если он что-то нарушил. Фиксируйте нарушение, а мы потом будем смотреть, есть ли тут административная или уголовная ответственность. Зачастую ее вообще нет, этой ответственности. Многие забыли, что ответственность наступает при наличии оснований, должен быть умысел. Если его нет, тогда извините... О чем речь? Надо просто основы уголовного преследования читать, там всё написано.

– Получается, у всех контрольно-надзорных органов за последние годы цель превентивную работу проводить, чтобы не было нарушений, а у полиции цель – их найти?

– Да-да. Сегодня большинство контрольно-надзорных органов начало давать разъяснения и пояснения. Уж на что МЧС жесткие, к ним можно обратиться, они проведут обследование, покажут узкие места. Причем они для себя, если ты сам обратился, фиксировать это не будут. Сам предприниматель устраняет нарушения, но если в ходе проверки вскроется это, контролирующие органы могут «ткнуть носом». Они профессионалы, они гораздо лучше предпринимателя знают проблемы. И предприниматель может устранить проблемы заблаговременно. Не устранил – ну извините, как говорится, кто не спрятался, я не виноват.

– Изменения могут внести до октября. Если они вступят в силу, то уже в следующем году?

– Скорее всего. Будем надеяться, что в этом отношении подвинемся как-то.

Фото из телеграм-канала Михаила Козельцева

Подписывайтесь на Абирег в Дзен и Telegram
Комментарии 0