WorldClass

22 февраля 2024, 14:03
Экономические деловые новости регионов Черноземья
Экономические деловые новости регионов Черноземья
Экономические новости Черноземья

«Города-миллионники» болеют одними болезнями и развиваются похожим способом», – глава воронежского департамента архитектуры и градостроительства Андрей Еренков

31.07.2023 20:03
Автор:
«Города-миллионники» болеют одними болезнями и развиваются похожим способом», – глава воронежского департамента архитектуры и градостроительства Андрей Еренков

Воронеж. 31.07.2023. ABIREG.RU – Интервью – Пять лет назад руководителем воронежского управления архитектуры и градостроительства был назначен Андрей Еренков. «Абирег» узнал у чиновника о самых успешных реализованных проектах, существующих городских проблемах, новых трендах в градостроительной сфере, а также выяснил, какие из воронежских ЖК в архитектурном плане он считает лучшими.

– В августе 2018-го вы были назначены и. о. на пост руководителя регионального управления архитектуры и градостроительства. Спустя почти пять лет работы на посту назовите самый знаковый и успешно реализованный проект или самый успешный кейс.

– Я, если позволите, буду говорить про длящиеся процессы, потому что у нас градостроительная деятельность – это в целом достаточно долгоиграющая история. Наверное, отметил три основных системных процесса, которые по итогам пяти лет неплохо нам удавались.

Первое – это то, что мы по Воронежской области навели порядок в градостроительной документации. Это связано с тем, что в первый год, когда нас преобразовали в департамент архитектуры и градостроительства, мы смогли принять решение о перераспределении полномочий. Это касалось на тот момент разработки Правил землепользования и застройки. Эти полномочия перешли к нам от органов местного самоуправления, это был конец 2018 года. Это было нужно для того, чтобы выполнить задачу, которую поставила Федерация по внесению в ЕГРН сведений о территориальных зонах, которые в Правилах землепользования и застройки фигурируют.

У нас также есть государственная функция по осуществлению контроля за соблюдением органами местного самоуправления законодательства о граддеятельности. До того времени каким образом это всё происходило? Из областного бюджета органам местного самоуправления давалась субсидия, они по 44-му закону торговали этими работами. Часто получалось так, что, например, контракт на разработку Генплана или Правил землепользования и застройки за очень маленькие деньги получала какая-нибудь организация, условно, из Челябинска. Понятно, что за сумму контракта они ни на место не выезжали, ну и вообще юрлицо, которое не знакомо с градостроительным контекстом Воронежской области, не могло обеспечить достаточно качественную градостроительную документацию. Из-за этого были и нарушения, и большое количество обращений граждан. Мы смогли убедить губернатора и правительство области, что надо такое решение принять, централизовать деятельность, обеспечить единый ровный достаточно высокий уровень подготовки градостроительной документации. Вот эта пятилетка наведения порядка в граддокументации полностью. Я считаю, что эта задача решается достаточно успешно.

Второе, что я бы хотел отметить, – это то, что мы делаем сегодня с Петровской набережной. Объект знаковый, в течение очень многих лет многие пытались к этому проекту подступиться, и в разное время были различные мнения, каким образом Петровская набережная должна развиваться. Эти полтора года мы потратили на то, чтобы принять согласованное решение вместе с губернатором и правительством о том, что Петровская набережная должна стать местом отдыха горожан, что это не территория для извлечения большой коммерческой выгоды, а всё-таки пространство, ориентированное на городского жителя. Мы не позволили эту территорию превратить в участок для элитной жилой застройки. Были разные идеи, в том числе и про дорогие парки аттракционов, т. е. такие лакшери-истории, которые были бы очень привлекательны для коммерсантов. Я очень счастлив и горжусь тем, что мы приняли такое решение, это будет очень экологичное место.

Третье направление, о котором тоже можем с удовлетворением говорить, – мы смогли в области наладить систему формирования и создания новых общественных пространств, в том числе с помощью конкурса малых городов Минстроя. Тут надо понимать, что финансирование по этому нацпроекту не очень большое. Учитывая, что в Воронеже создаются крупные общественные пространства, которые требуют большого финансирования, мы понимали, что нашим маленьким городам много денег не достанется. Когда появился этот конкурс, мы поняли, что это такая возможность, за которую надо хвататься. Мы, как департамент архитектуры, команда развития отдела архитектурной деятельности, взяли на себя администрирование и координацию этих процессов. Договорились с администрациями малых городов, создали там проектные офисы, начали там готовить совместно конкурсные заявки. В этом участвовали и активные горожане, и наши когорты молодых архитекторов, которых мы воспитывали последние 7-8 лет, пытались это сообщество сформировать, чтобы оно потом работало в том числе не только на себя, но и на задачи, необходимые для областного развития. У нас уже 18 побед. Это почти 1,5 млрд рублей привлеченных федеральных средств именно на благоустройство общественных территорий.

Понятно, что это не всё. Это просто то, что ближе всего к душе. Мы огромное количество дел сделали. Например, установили границы Воронежской области со всеми смежными субъектами. Мы закончили эту работу. Цикл шел, наверное, целое десятилетие. Это очень сложная рутинная работа, которая требует взаимодействия с другими регионами.

– Отправляясь в рабочие командировки, какой из проектов, реализованных или реализующихся в Воронеже, вы ставите в пример своим коллегам из других городов?

– Довольно просто будет ответить за счет моего участия в сообществе образовательной программы «Архитекторы.рф», где порядка 50-60 госслужащих, занимающих позиции главных архитекторов в городах или в субъектах, где мы обмениваемся нашими практиками. Что чаще спрашивают про Воронеж? Если брать объекты, интересуются Петровской набережной и много приводят в пример россошанский Каялов бор. В последнее время много рассказываю о том, как у нас начала работать архкомиссия в Доме архитектора. Это интересная управленческая практика, которую предложил Константин Кузнецов, он же возглавляет и Союз архитекторов. Долгое время мы с ним находились в поиске применения архитектурного сообщества, чтобы они стали по-настоящему реальными участниками процессов реализации архитектурной политики, в том числе градостроительной деятельности. Это стало актуально, когда мы заново учредили Градсовет при губернаторе. Вторым толчком стала судебная отмена согласования архитектурного облика, мы поняли, что нам нужен коллективный орган, который в живом режиме без лишнего формализма реально будет сопровождать знаковые архитектурные проекты, которые появляются в первую очередь в Воронеже. Теперь процедура согласования архоблика вернулась – и работа комиссии приобретет новые смыслы.

– По вашему мнению, какая проблема не решаема в Воронеже в сфере градостроительства?

– Я бы не сказал, что у нас есть какие-то нерешаемые проблемы в области градостроительства, но точно есть требующие какого-то нормативного решения. Я бы, наверное, сейчас обозначил проблему нормирования парковок. Сложность в том, что цифры в Правилах землепользования и застройки Воронежа и региональных нормативах градостроительного проектирования разные, так как различны предметы нормирования. В этом обстоятельстве застройщики усматривают коллизию, которой на самом деле не существует. Добросовестные застройщики, неся определенные затраты, нормы соблюдают, недобросовестные – игнорируют, манипулируя пробелами в законодательстве. Земельные участки используются с максимальным выходом жилья, площадь участков не позволяет расчетное количество парковок организовать в наземном исполнении, а места в подземных паркингах продаются плохо и пустуют. Об этом кричат многие инвесторы и требуют существенного снижения нормы, что, с одной стороны, ослабит нагрузку на застройщиков, с другой стороны, не гарантирует исполнения новой нормы организациями, которые привыкли от норм уклоняться. При этом парковок всё также не будет хватать.

Сейчас мы готовимся к новому подходу в решении этой проблемы – к осени в региональные нормативы градостроительного проектирования будут внесены изменения, которые предполагают определенный компромисс между обязательствами застройщиков, местного самоуправления и развитием коммерческого сектора хранения личного автотранспорта.

– Недавно стало известно, что бизнесмен Эдуард Толоконников намерен выйти с частной концессионной инициативой по обновлению парка «Танаис». Могли бы поделиться, какие еще большие проекты в городе будут реализованы в ближайшее время?

– Я, честно говоря, не думаю, что я сейчас скажу что-то новое, так как у нас в Воронеже большие проекты, связанные с городской средой, сформировали хорошую очередь, потому что сразу на всё денег не хватит. Как раз завершился проспект Революции, сейчас стартует вторая очередь Петровской набережной, недавно открылся «Орленок», а у нас еще постоянно спрашивают, что будет со второй очередью парка «Динамо». У нас также готова проектная документация на парк «Южный», проектируется парк «Патриот», который должен быть в перспективе связан с «Алыми парусами» и с переходом к набережной Авиастроителей, над проектом которой сейчас работает наш Нормативно-проектный центр. А еще есть Литературный сквер.

– Хотелось бы поговорить о наболевшей проблеме строительства высоток рядом со старыми разваливающимися домами, что портит архитектурный облик города. Как с этим бороться и возможно ли решить эту проблему в ближайшем будущем?

– Город стареет, город обновляется, и это закономерные процессы. Другое дело, что законы трансформации среды зависят не только от принятых документов градостроительного планирования и регулирования застройки, но и от массы факторов, а также от действий, интересов и общего уровня образования, культуры, гражданской ответственности участников таких преобразований.

Органы власти и местного самоуправления используют все доступные предусмотренные на государственном уровне инструменты для создания комфортной городской среды, комплексного развития территорий, капитального ремонта и реконструкции зданий, благоустройства и решения других градостроительных задач.

Совсем недавно обновленное федеральное законодательство расширило возможности муниципалитетов по регулированию качества застройки посредством установления требований и согласования архитектурно-градостроительного облика объектов, что должно положительно отразиться на качестве и эстетике новых построек (по словам Андрея Еренкова, с 1 марта 2023 года вступили в силу поправки в Градостроительный кодекс, которые предусматривают согласование архитектурного облика зданий при строительстве и реконструкции, – прим. ред.).

– По вашему мнению, чего не хватает в нашем городе?

– Я бы, наверное, сейчас хотел поддержать наши городские сообщества и сказать, что, наверное, действительно не хватает выраженной велоинфраструктуры, хотелось бы, чтобы она появилась, потому что практика многих больших городов показывает, что могут они вполне друг с другом соседствовать – инфраструктура автомобильная и инфраструктура велосипедная и пешеходная. Второе – внятная история с общественным транспортом. Всё, что связано с этим клубком, на котором завязано всё, что связано с автомобилизацией, – это проблема, требующая решения. Конечно, хотелось бы, чтобы у нас рельсовый транспорт возродился. Вообще, в Воронеже нет такой уникальной проблемы, которой не было бы в других городах-миллионниках. Все они болеют одними болезнями и развиваются приблизительно похожим способом. Кто-то немного вырывается вперед, например Нижний Новгород, но здесь есть совокупность обстоятельств – 800-летие города, которое означало огромное количество бюджетных инвестиций, чтобы город к этому празднику подготовить. Если бы у нас был бы 500-летний юбилей, например, то все эти деньги достались бы Воронежу, мы бы вырвались вперед в этой конкуренции за жителя среди городов-миллионников.

– Воронежу тоже осталось дождаться юбилея?

– Осталось дождаться юбилея, да и вообще городские процессы, урбанистические, агломерационные, они похожи везде. Оказавшись на окраине Воронежа, в спальном районе, и оказавшись на окраине Санкт-Петербурга, увидим совершенно одинаковую картину. Мы сейчас отличаемся центрами городов, где-то управленческими подходами и приоритетами, которые обозначают губернаторы регионов.

– Не так давно в различных интернет-источниках начали появляться макеты и проекты 15-минутных городов. Вы знакомились с подобными проектами? Какое ваше личное отношение к ним? Можно ли эти задумки перенести на сформированные города, например на Воронеж?

– Конечно, знаком. В основе концепции 15-минутного города лежит идея полицентричного города, когда центров много, поэтому они доступнее и ближе к жителям: всё самое важное – от парка, социальных объектов до места работы – находится в пределах 15-минутной прогулки либо поездки на велосипеде. Как следствие реализации такой модели – переформатирование уклада городской жизни, существенная экономия личного времени на перемещение, экологические эффекты. Концепция эта не новая, а популярность приобрела вследствие пандемии, когда потребность все нужды удовлетворить без отрыва от места жительства стала осознанной необходимостью. Собственно, многие рациональные идеи получили право на реализацию именно посредством массового осознания. Поэтому крайне печально, что движущей силой такого осознания зачастую являются трагедии и бедствия. Концепция 15-минутного города лежит в основе Стандарта комплексного развития территорий, разработанного «ДОМ.РФ», ставшего главным российским методическим документом в сфере градостроительства. Мы неоднократно обозначали свою позицию по поддержке стандарта и всячески способствуем его использованию застройщиками.

– Неоднократно на форуме «Зодчество ВРН» озвучивались проблемы площадок для выгула домашних животных и модернизации старых общественных пространств. Как форум помогает эти накопившиеся проблемы решить? Могли бы привести пример успешной реализации?

– Я бы, наверное, сказал не про решение этих проблем, а про фокусировку на этих проблемах и их обозначение. «Зодчество ВРН» – это тема, о которой я готов говорить часами. Это мероприятие и направление нашей работы, которое стоит особняком много лет. Это, наверное, то, что можно назвать душой нашей команды и большим делом, которое нужно, для того чтобы негативная повестка, которая возникает в сфере градостроительства и архитектуры, разрешалась с помощью публичного мероприятия. Мы считаем, что должна быть площадка, на которой власть рассказывает горожанам на очень простом и понятном языке, что будет происходить в городском и областном развитии. Ключевые, совершенно знаковые проекты последних 10 лет в нашей сфере все анонсировались на «Зодчестве», там мы давали им старт – это и «Орленок», и Петровская набережная, и региональная Стратегия развития строительной отрасли и ЖКХ, которая была презентована с участием губернатора Александра Гусева на последнем форуме. С каждым годом мы формируем программу таким образом, чтобы сделать ее максимально междисциплинарной, и подмечаем по-настоящему острые, возникающие в повестке по нынешнему времени вопросы. История с собаками тоже возникла не просто так. Нет какого-то рандомайзера, какую же из городских проблем выбрать и на «Зодчестве ВРН» обсудить. Мы в течение года общаемся с людьми на наших мероприятиях публичных, много разговариваем с сообществами в стране, смотрим, какие темы поднимаются на других урбанистических мероприятиях.

– Сейчас проекты новых городов доверяют сгенерировать нейросети. По вашему мнению, это рационально?

– Пока о доверии говорить рановато, я не встречал каких-то убедительных градостроительных нейросетевых проектов. Опусы на эту тему от нейросетей занимают нишу популярно-развлекательного либо дизайнерского контента и генерируют фантазийные представления экспериментаторов о городах будущего.

Учитывая современные тренды на автоматизацию и цифровизацию, интеграция нейросетей в рабочие процессы самых разных сфер деятельности набирает обороты, так как позволяет повысить скорость решения задач. Стратегией развития строительной отрасли и ЖКХ до 2030 года с прогнозом до 2035-го также предусмотрены мероприятия по внедрению систем искусственного интеллекта для повышения эффективности работы отрасли. В частности, речь идет о проектировании с помощью нейросетей типовых зданий. Уже сегодня в России есть крупные застройщики, у которых имеются сильные проектные команды, формирующие цифровые алгоритмы процессов проектирования, например разработки конструктива типовых объектов. В Минстрое считают, что через два-три года появятся первые пилотные проекты.

– Назовите Топ-3 воронежских ЖК в плане архитектуры.

– Это максимально сложный вопрос. Я попробую схитрить. Будет, наверное, неправильно и неэтично, если я назову свое персональное предпочтение. Общаясь с друзьями, с коллегами-архитекторами в кулуарах, мы так или иначе отмечаем более-менее удачные проекты по жилью, тем более что есть из чего выбирать. Я, наверное, назову, что часто упоминается и в каком контексте. Это очень важно, потому что не может быть единой шкалы, по которой можно оценить все ЖК, потому что они разного уровня. Я бы сказал, что можно отметить ЖК «Антоновские яблоки». Несмотря на то, что он уже не новый, но существует вне времени, потому что отвечает современным представлениям о комфортной жилой среде – это невысокая этажность, хорошее благоустройство, двор без машин. Это деликатная устойчивая современная архитектура, которая делает его несколько лет актуальным, хорошим, крепким проектом. Часто отмечается ЖК «Пять Столиц». Там очень высокая плотность, но то, что там разнообразная среда, нежилые первые этажи и очень большое разнообразие функций в маленьких границах одного района, помноженное на достаточно претенциозные фасады и качественное благоустройство, делает этот ЖК сбалансированным. Это хороший пример, как нивелировать высокую плотность за счет других приемов. В целом получается довольно комфортно. И отметил бы застройку на Ленинградской, там, где ДСК строит новые дома, за Ленинским проспектом, на месте ветхого жилья. Это обещает стать неплохим примером и предвестником того, что индустриальное домостроение меняется в лучшую сторону.

– В каком ЖК проживаете вы?

– Я живу в старой «сталинке» на Карла Маркса. Это не ЖК. У меня очень маленькая квартира, но для меня было важно место проживания. Это не значит, что я какой-то идейный противник новых жилищных комплексов. Просто я работаю в центре, хотелось жить в центре. Это удобно.

– Назовите Топ-5 городов по наполняемости пространства, наличию красивой архитектурной застройки и комфортному проживанию жителей.

– Это точно Нижний Новгород в силу объективных причин, о которых я уже сказал. Неожиданно, но мне очень понравился Владикавказ. Также назову Санкт-Петербург, Екатеринбург и Казань – это самый передовой регион с точки зрения городской среды и благоустройства общественных территорий. Вся страна училась у них и продолжает учиться.

– На какой город необходимо равняться Воронежу в архитектурном плане?

– Мне кажется, не нужно выбирать город, на который нужно равняться. У Воронежа есть свое лицо. Если бы меня спросили пять лет назад об этом, я, может быть, засомневался бы. Сейчас я точно могу сказать – за счет таких вещей, как водохранилище, как отдельная историческая застройка, панорамы воронежские, опять же связанные с водой, инфраструктурные объекты, которые касаются городской среды. Мне кажется, у Воронежа вполне себе формируется свое лицо сейчас, в том числе за счет современных зданий, которые появляются после архитектурных конкурсов. Мне кажется, нам нужно стремиться развивать потенциал, который у города есть, формировать культуру взаимодействия власти, застройщика, архитектора и горожанина.

– Вы родом из Ельца. В связи с этим хотел бы узнать, отслеживаете ли вы преображение своего родного города? Как часто там бываете?

– Да, слежу. Там последние три года главным архитектором работала Марина Молодых – хорошая подруга нашего департамента, преподаватель в университете. Мэр Ельца Евгений Боровских, узнав, что я родом из Ельца, приехал ко мне познакомиться и задал вопрос, могу ли я кого-то порекомендовать. Так совпало, что Марина тогда находилась в творческом поиске, это такое идеальное совпадение случилось у них. Она поехала, возглавила все процессы обновления городских пространств, Елец дважды выиграл в конкурсе Минстроя. Они обновили центральную улицу Коммунаров. Они классно сейчас поддерживают баланс историзма и новых городских черт. Мне очень нравится, как Елец развивается, если честно. Хотелось бы, чтобы тот импульс, который они в связке придали городскому развитию, продолжался. Классные там скверы, улицы. Что очень мне нравится, начала постепенно решаться проблема с визуальным мусором, потому что какое-то время назад все исторические здания Ельца были буквально «загажены» совершенно ужасающими вывесками. Сейчас на волне обновления городской среды удалось и этот процесс наладить. Это классно. Я уехал из Ельца в 2005 году, когда окончил школу. Приехал в Воронеж учиться и здесь остался. В Ельце бываю с периодичностью один раз в два месяца.

– Помимо профессиональной деятельности хотелось бы узнать о ваших увлечениях и интересах. Неоднократно видели вас на матчах «Факела», а также видели вашу игру на клавишном инструменте в одном из скверов города.

– Да, я футбол очень люблю. Старюсь ходить на ФК «Факел», вообще команда из своего города в Премьер-лиге – это круто. Не могу сказать, что я с детства за «Факел». До того, как я стал руководителем, я даже вел два блога на спортивных сайтах, на портале Sports.ru и писал про московский ФК «Спартак» и про лондонский ФК «Арсенал» – две команды, которые вызывают во мне душевные переживания. Правда, сейчас сожалею, что нет времени больше этому внимание уделять. По поводу музыки. Да, конечно, это забавная история про игру на улице. Наступал День города. У меня есть такое увлечение – я тружусь клавишником в музыкальном проекте «Мэйдэй», это группа Андрея Бобровникова, отличного поэта и музыканта, достаточно известного в Воронеже. Мы играем акустический рок. Ребята тогда предложили, мол, давайте поиграем на улице в День города. Мне сначала было как-то немножко неловко с точки зрения статуса, наше старое: «А что люди подумают?» Потом я подумал, что это может быть такой интересный опыт, часть исследования с точки зрения острой темы, что делать с уличными музыкантами на Карла Маркса. Сам попробовал, выводы сделали.

Фото образовательной программы «Архитекторы.рф»

Комментарии 0