Воронеж. 26.03.2009. Агентство Бизнес Информации (ABIREG.RU) – Аналитика – Акционерам ОАО «ВЭКС» Воронежский экскаватор удалось по официальным каналам, через агентства, аккредитованные в Росстате РФ, получить тщательно скрывавшуюся от воронежской и петербургской общественности информацию о финансовых результатах ООО НПП «Воронежский завод экскаваторов» (ВЗЭ) – дочерней структуры санкт-петербургского ОАО «Кировский завод», фирмы, которую в ушедшем составе правительства/администрации области упорно называли «инвестор ВЭКСа». Открывшиеся данные свидетельствуют о фактическом прекращении экскаваторного производства на базе этого ООО.
«Вложено около 500 миллионов»
По заявлениям официальных представителей ОАО Кировский завод» и бывших региональных руководителей, санкт-петербургское предприятие вложило в свою воронежскую дочку с начала 2007 года «более 400 млн. рублей». Эти данные подтверждаются соответствующими записями в бухгалтерском балансе: по состоянию на конец сентября 2008 года кредиторская задолженность НПП ВЗЭ достигла 441,2 млн. рублей. За вычетом отраженных в отчете о прибылях и убытках процентов, начисленных с января 2007 года по сентябрь 2008 года – 40,3 млн. рублей, – совокупный объем финансовых вливаний Кировского в деятельность дочернего предприятия составил почти 401 млн. рублей, что действительно превышает 400 млн.
При этом важно понимать, что никаких капитальных инвестиций питерцы в Воронеже не делали – они не закупили для ВЭКСа новую линию, не автоматизировали существующую, не модернизировали коммуникации, не разработали (вопреки своему названию, предполагающему научно-исследовательские разработки) ни одной новой модели экскаватора, наконец, не погасили кредиторскую задолженность ВЭКСа, как этого требует закон о банкротстве. В бухгалтерском балансе отражены вложения в основные средства в размере всего 4,2 млн. рублей. То есть лишь одна сотая (!) от всех так называемых «инвестиций» была вложена непосредственно производство. Остальные более 390 млн. рублей пошли на то, чтобы накачать ООО НПП ВЗЭ оборотными средствами.
Иными словами все деньги вкладывались лишь в закупку сырья, энергии и рабочей силы и, соответственно, ПОЧТИ СРАЗУ ЖЕ, с минимальной задержкой, окупались бы при наличии стабильных продаж. Но продаж не было.
Прогрессирующие убытки и грамотное «освоение» бюджета
Как следует из бухгалтерского баланса, за 9 месяцев 2008 года кредиторская задолженность ООО НПП ВЗЭ возросла с 348,9 млн. рублей до 441,2 млн. То есть за первый год работы в Воронеже (2007 год) питерцы вложили в свою дочку за вычетом процентов почти 330 млн. рублей. При этом за девять месяцев второго года работы (2008-го) воронежскому предприятию было перечислено немногим более 62 миллионов (за вычетом процентов на пользование кредитом). Если экстраполировать эту цифру на остававшиеся до конца года три месяца, мы получаем общегодовую сумму кредита (дотаций) на поддержание воронежской дочки порядка 80 млн. рублей. То есть в четыре раза меньше, чем в 2007 году. Логику Кировского завода несложно понять: хватит давать денег дочке, пора ей начать зарабатывать самой.
То, как НПП ВЗЭ справилась с этой задачей, видно из графы «непокрытый убыток». Если в начале 2009 года составлял он 37,8 млн. рублей, то в конце сентября эта цифра достигла отметки в 115,8 млн. рублей. Т.е. за 9 месяцев 2008 года – самые успешные и самые денежные за всю историю страны, до начала глобального кризиса – чистые убытки т.н. инвестора возросли почти на 80 млн. рублей! Более чем в два раза. Эта цифра фигурирует и в отчете о прибылях и убытках. Это значит, что продукцию ООО НПП «ВЗЭ» никто не покупал, несмотря на то, ООО пыталось кредитовать покупателей (приложение 1, см. графы «Дебиторская задолженность…»). Это, в свою очередь, означает, что «инвестор» не сумел выстроить систему маркетинга и постпродажного обслуживания, что является неотъемлемым условием построения эффективного экскаваторного бизнеса. Просто производить железо, работая «на склад» – это не бизнес, это шоу.
Тем временем, уже в октябре 2008 года основной акционер Кировского завода, учредителя ООО НПП «ВЗЭ», Гергий Семененко был вынужден продать 20%-ый пакет акций ОАО «Кировский завод» швейцарскому банку UBS, чтобы выручить порядка 500 млн. рублей. Этой сделкой с UBS Семененко фактически покрывал свои убытки от авантюрного воронежского проекта, ценой как раз в, как выразился в конце прошлого года вице-губернатор Вячеслав Клейменов «почти 500 миллионов рублей».
Тихий уход
Однако летом 2008 года процесс свертывания производства и сокращения персонала возобновился. Спустя всего два месяца после пресс-конференции глава регионального УФНС Сергей Дуканов констатировал, что «движение средств в ООО Научно-производственное предприятие “Воронежский завод экскаваторов” <…> практически прекратилось, <…> можно сказать, что производство экскаваторов не осуществляется, а те, что уже произведены никто не покупает».
Таким образом, основным бизнесом, который вело на воронежской земле ООО НПП ВЗЭ и его руководство, было освоение с большим трудом выделяемых материнской компанией денег и фиксирование убытков.
Главным вопросом остается, почему руководство Кировского завода в Санкт-Петербурге, видя абсолютную убыточность и бесперспективность воронежского проекта, продолжало направлять сотни миллионов рублей своей неэффективной дочке. Что это: простая управленческая небрежность (халатность) или трезвый расчет в надежде заполучить за копейки землю и недвижимость ВЭКСа, чтобы потом перепродать по рыночной цене?
В любом случае у акционеров и кредиторов самого ОАО «Кировский завод» появляется серьезный повод обратиться с подобными вопросами в следственные и надзорные органы.
Срыв отопительного сезона 2008-2009
Именно в таком полумертвом состоянии т.н. инвестор подошел к началу отопительного сезона 2008-09. ВЭКС располагает
И в самый разгар отопительного сезона 27 ноября «инвестор» уведомляет ВЭКС о том, что не сможет платить за все потребляемое тепло, просит сократить арендуемые площади до минимальных объемов и пропорционально сократить плату за тепло (приложение 3). При этом, будучи, как он сам себя именует, «производственником», г-н Маркеев не мог не знать, что затраты на поддержание работы котельной в зимний период – это константа, т.е. ВЭКС свои ежемесячные 6 миллионов не может сократить пропорционально в 10-20 раз, это так и останутся 6 миллионов в месяц. И он в начале зимы ставит в известность ВЭКС о том, что не сможет оплачивать котельную, которая содержалась исключительно ради него. По сути, своим письмом Маркеев попытался переложить 30-милионые затраты на теплоэнергию (с ноября по март) на плечи предприятия-банкрота. Получается, что это ВЭКС, за счет своих кредиторов, за чет рабочих, которым новый конкурсный управяющий Евгений Рынденко успел погасил лишь 30 миллионов из 60, накопленных Юрием Тарасовым, должен был отапливать пустующие и простаивающие цеха НПП ВЗЭ. И все только для того, чтобы НПП мог сохранить свой образ инвестора-спасителя ВЭКСа. Рынденко в этой ситуации принял единственно возможное законное решение: он остановил котельную, чтобы избежать необоснованных расходов. Это было сделано 28 ноября – через день после получения письма.
Это отключение стало центральным аргументом Маркеева и Клейменова в попытке отстранить Рынденко от управления ВЭКСом. В своем письме от 10 декабря в адрес руководства области, которое впоследствии было переправлено в Москву руководителям Рынденко, Анатолий Маркеев написал «мы неожиданно оказались в критическом положении, и вынуждены приостановить на зимнее время, а это четыре месяца, работу предприятия. Работников завода приходится увольнять или распускать в неоплачиваемые отпуска. Примечательно, что по какому-то странному совпадению в тот же момент жалобу на Рынденко направил некто ИП Рубан, известный тем, что в свое время купил по вексельной схеме 20-%ный пакет кредиторской задолженности ВЭКСа на торгах, признанных судом незаконными. Их – Маркеева и Рубана – обращения даже зарегистрированы в обладминистрации под соседними входящими номерами.
Сегодня совокупная задолженность НПП перед ВЭКСом за аренду, тепло и прочие инфраструктурные услуги составляет более 10 млн. рублей. Уже установленная судом задолженность составляет 2 млн. При этом по новой редакции закона о банкротстве, вступившей в силе в начале этого года, для инициирования банкротства должника необходимо иметь решение суда о взыскании задолженности на сумму всего 100 тыс. рублей. Исковое заявление о признании НПП ВЗЭ банкротом до сих пор не подано только из-за позиции конкурсного управляющего Евгения Рынденко, который до последнего стремился поддерживать с арендатором рабочие отношения и не хотел осложнения с прежним составом областного правительства, по непонятной причине активно поддерживавшего питерцев.
Акционерам и кредитором ВЭКСа на ближайшем собрании кредиторов необходимо потребовать от конкурсного управляющего немедленного взыскания указанных сумм, в том числе и через процедуру банкротства «инвестора».
Арендные спекуляции
Между тем, не сумев сделать прибыльным производственный процесс, НПП ВЗЭ научилось извлекать прибыль из доставшейся им от дисквалифицированного арбитражного управляющего Тарасова копеечной аренды. Получив от Тарасова площади по 16 рублей за кв. м., Маркеев тут же сдал часть из них в субаренду по… 98 рублей. Постепенно, как следует из приведенного документа, претензии НПП необоснованно возросли до 180 рублей за квадратный метр. И в это же время областная администрация оказывала сильнейшее давление на нового конкурсного управлящего ВЭКСа, не позволяя ему повышать установленную Тарасовым ставку для самого НПП. Повышение этой ставки до 36 рублей, которое Рынденко осуществил летом 2008 года по требованию кредиторов ВЭКСа, послужило вторым аргументом, опираясь на который Маркеев и Клейменов попытались отстранить Рынденко. При этом, по свидетельству топ-менеджеров Руссо-Балт Тяжэкса, начав платить по новой ставке в 36 рублей за кв. метр, Маркеев попытался поднять ставку субаренды до 215 рублей в месяц.
Стоит ли удивляться тому, что Анатолий Маркеев был единственным, кто без энтузиазма встретил в свое время новость о дисквалификации и отстранении Юрия Тарасова, заявив, что взаимодействие его компании с господином Тарасовым «было направлено на успешную реализацию инвестпроекта» и «проходило конструктивно».
Сегодня, с учетом всех приведенных данных можно ответственно заявить, что на протяжении двух лет ВЭКС был инвестором и донором неудавшегося проекта Кировского завода, а не наоборот. Только прямые субсидии в виде арендной платы составили по расценкам самого НПП ВЗЭ (имеется в виду их видение справедливой цены аренды в 168 рублей в месяц) более 200 миллионов рублей! Будь эта земля/цеха в собственности у питерцев, ставка налога на имущество была бы выше. И даже с такой колоссальной форой нанятые Кировским заводом менеджеры продемонстрировали полную несостоятельность в деле построения эффективного экскаваторного производства.
Необходимо еще раз отметить, Кировский завод ни копейки не вложил в сам ВЭКС, он лишь пытался делать свой собственный бизнес, арендуя на льготных условиях по цене в три раза ниже рыночной площади ВЭКСа и изнашивая его оборудование. После ухода такого «инвестора» на воронежском экскаваторном заводе ни останется никаких следов «инвестиций», кроме попадающих на баланс питерского(!) завода готовых и полуготовых экскаваторов.
При этом питерцы до сих пор формально сохраняют арендные отношения с ВЭКСом, все еще рассчитывая заполучить в собственность заводскую землю и цеха по обещанной им Клейменовым «социальной» или «разумной» цене. Неудивительно, ведь последующая перепродажа объекта девелоперам по рыночным ценам даже в условиях кризиса способна полностью окупить все их «вложения в производство».
