Воронеж. 26.12.2012. ABIREG.RU – Аналитика – Воронежская область относительно безболезненно пережила недавний финансовый кризис в силу диверсификации экономики. Но чтобы поднять уровень жизни населения, повысить рождаемость, нужно совершить переход от экстенсивной к интенсивной модели развития. От слаборазвитой аграрной и промышленной экономики к экономике знаний. Разумеется, есть факторы, которые мешают прорыву. Речь идет не только о набившей оскомину коррупции, но и о дестабилизации обстановки в регионе, в том числе благодаря антиникелевым протестам. Хотя о блестящих перспективах экономики от строительства ГОКа – при условии контроля за проектом со стороны ученых – свидетельствует пример соседней Белгородской области.

При сравнении Воронежской и Белгородской областей давно стало общим местом наличие у белгодцев пласта Курской магнитной аномалии. Регион добывает треть российской железной руды, выступает единственным в России и Европе производителем губчатого железа – продукта высокой металлургической ценности. На долю Белгородчины приходится более 35% железнорудных окатышей и по 4% – выпуска готового проката и стали. Но таким же общим местом, между прочим, стали успехи белгородского губернатора Евгения Савченко в развитии животноводства. И вот тут аномалией считается Воронежская область. То ли в силу изначально неравных стартовых возможностей, то ли потому, что региону традиционно не везло с губернаторами, то ли потому, что у воронежцев не так пришиты руки.

Для наглядности сравним показатели животноводства. За семь месяцев 2012 года производство мяса в Воронежской области (скот и птица на убой в живой массе) в хозяйствах всех категорий составило 201,7 тыс. тонн. А в Белгородской (правда, за шесть месяцев, более свежих данных нет) — 638,4 тыс. тонн. Иными словами, налицо – более чем трехкратное превосходство. А теперь сравним амбиции: воронежский губернатор Алексей Гордеев обещал вывести регион в число 20 лучших, а белгородский Савченко – в число 15 лучших по объему ВВП на душу населения.

Зная риторику организаторов антиникелевых выступлений, вот что удивительно: имея априори вредное горнорудное и металлургическое производство, на Белгородчине хорошо себя чувствуют не только люди, но и меньшие их братья, свиньи и коровы. Никто на экологию, если не считать редких выступлений жириновцев, не жалуется. Хотя, в отличие от планов Уральской горно-металлургической компании относительно Воронежской области, руда в Старом Осколе и Губкине добывается открытым способом. А никакого меткомбината УГМК у нас строить не собирается.

Как представляется, Белгородская область своими успехами демонстрирует, что наиболее оптимальный вариант развития экономики – диверсификация, хотя именно в Воронеже, а не в Белгороде она сложилась исторически. Зависимость многих регионов от горнорудной, металлургической промышленности или нефтянки чревата бюджетными потерями из-за колебания цен на сырье или металлопрокат.

Тем не менее добывающие производства и добыча полезных ископаемых, доля которых составляет на Белгородчине до 95% промышленного производства, постоянно развиваются. К примеру, Лебединский ГОК модернизирует обогатительную фабрику, собирается построить новый цех горячебрикетированного железа, изменить транспортную схему доставки руды из карьера на фабрику с внедрением конвейеров. Стойленский ГОК расширяет карьер по добыче железистых кварцитов и ведет подготовку к строительству очередной фабрики окомкования. Комбинат «КМАруда» занимается техническим перевооружением и модернизации оборудования на дробильно-обогатительной фабрике и реализацией долгосрочного проекта по увеличению производственной мощности комбината по добыче железистых кварцитов. А Оскольский электрометаллургический завод проводит реконструкцию для повышения выдачи стали.

Более того, недавно в Белгородской области заявлен новый мощный проект. Бывший питерский банкир Дмитрий Ходаркевич вместе с партнерами хочет построить в регионе сталелитейное и трубопрокатное предприятие стоимостью 180 млрд рублей. Для финансирования проекта планируется привлечь иностранные банки. А его сырьевой базой станет Яковлевский рудник, который сам по себе, в отличие от других ГОКов и металлургических комбинатов Белгородчины, не является советским наследием. Его выход на проектную мощность предусмотрен в 2016 году.

Эффективно используя механизмы частно-государственного партнерства, губернатор Евгений Савченко прогнозирует, что за ближайшие четыре пять-лет экономический потенциал региона возрастет в полтора раза. Наряду с традиционными экономическими кластерами — горно-металлургическим, агропромышленным, строительным и машиностроительным, он делает ставку на транспортно-логистический, сервисно-туристический, научно-исследовательский и, конечно, инновационный. Исходя из стратегических устремлений региональных властей, понятно, что их политика в конечном счете ведет к повышению уровня жизни.

Так что пока воронежские антиникелевцы и главные их союзники, ряженые казаки, пугают наших граждан страшилками про будущую гибель выхухоли и про рак, от которого умрут все остальные обитатели региона, в Белгородской области – при наличии Старого Оскола и Губкина, расположенных в непосредственной близости от Воронежа, — фиксируется падение смертности и естественный прирост населения.

Собственно, в Воронежской области тоже есть примеры, когда вокруг градообразующего предприятия отдельно взятого райцентра жизнь бьет ключом. Взять хотя бы Россошь с его «Минудобрениями». Или Нововоронеж с одной действующей и второй строящейся атомными станциями. Надо сильно постараться, чтобы найти хотя бы одного россошанца или нововоронежца, который бы настаивал на закрытии химкомбината или АЭС. Но в случае с никелем доходит до анекдотов. Корпорация «ВСМПО-Ависма» планирует начать освоение титановых месторождений в Тамбовской области. Объем инвестиций в проект, по данным обладминистрации, составит не менее 20 млрд рублей. Однако тамбовчан тоже беспокоит Новохоперский район Воронежской области, что недвусмысленно иллюстрирует неслучайность их протеста, а с высокой долей вероятности – и его проплаченность недоброжелателями УГМК.

Организаторы антиникелевых митингов играют на человеческих страхах, используя знаменитую формулу Геббельса про многократно повторенную ложь, которая становится правдой. С таким же успехом они могли бы вести пропаганду против строительства в Воронежской области молочных и свиноводческих ферм или новых автобанов. Ведь, положа руку на сердце, животноводство, если им не заниматься грамотно, тоже способно нанести большой урон экологии. А автомобили убивают в ДТП ни в чем не повинных граждан или сокращают их жизни своими выхлопами.

Диверсификация экономики – традиционный и несомненный плюс Воронежской области в отличие от Белгородской или Липецкой. На усиление конкурентоспособности региона и рост ВВП сейчас, в частности, нацелены развитие индустриального парка «Масловский», строительство Нововоронежской АЭС-2, запуск цементного завода в Подгоренском районе, ставка губернских властей на мясное животноводство. Но серьезному прорыву мешают отсутствие модернизации имеющихся производств и явная нехватка добывающих и инновационных предприятий. Поэтому нужно констатировать, что, если чаяния организаторов антиникелевых протестов сбудутся, Воронеж никогда не потеснит Липецк и Белгород с их позиций крупных промышленных центров. Тем более когда соседи, и даже Тамбов, так активно наступают ему на пятки.