Up

WorldClass

Вы читаете новости региона:
Абирег Воронеж
USD EURO

Богдаша

Главная Эксклюзив КОЛУМНИСТИКА – О бедном филфаке замолвили мертвое слово

13.11.2019, 18:09

КОЛУМНИСТИКА – О бедном филфаке замолвили мертвое слово

КОЛУМНИСТИКА – О бедном филфаке замолвили мертвое слово

Воронеж. 13.11.2019. ABIREG.RU – Эксклюзив – Фабула. На прошедшей неделе заведующая кафедрой русского языка филологического факультета ВГУ, профессор и поэтесса Людмила Кольцова, выступая в Кремле на президентском Совете по русскому языку, заявила, что в регионах «близок процесс ликвидации классического филологического образования», и пожаловалась Путину на нехватку бюджетных мест в магистратуре филфака (шесть мест при общем минимальном наборе группы в 12 человек – таково требование министерства). Также Людмила Кольцова провозгласила необходимость возвращения «специалитета», то есть привычного советского пятилетнего образования для педагогических специальностей, что означает отмену принятой во всем мире и введенной у нас около 10 лет назад двухступенчатой (так называемой болонской) системы образования – четырехлетнего бакалавриата (поэт Кольцова несколько раз назвала его авторским неологизмом «недопедо») и двухлетней магистратуры. Отметим, что госпожа Кольцова не первый раз выступает перед президентом. Четыре года назад завкафедрой боролась против слияния филологических кафедр и, кстати, с успехом для себя: тогда ее кафедру (где она единственный профессор) не стали объединять с кафедрой общего языкознания. Выпускник филологического специалитета, ставший корреспондентом «Абирега», попытался разобраться в происхождении живых и мертвых слов.
 
Для президента, судя по всему, такие предложения не стали неожиданностью. Он благосклонно отнесся к инициативам Людмилы Михайловны и устроил выволочку молодому министру науки и высшего образования Михаилу Котюкову к явному удовольствию его более опытной коллеги министру образования Ольги Васильевой. Васильева быстро уловила настроение и назвала возвращение «специалитета» для всех педагогических специальностей своей мечтой (почему бы не заодно и советской власти, да чего уж там – и судебных «троек»). Если вся история с выступлением профессора из глубинки – заранее срежиссированный спектакль, то Васильева тянет на режиссера. Может быть, настоящая цель не внезапное реформирование высшего образования страны, а умелая аппаратная подножка менее аппаратно искушенному коллеге. Надо отдать должное Котюкову: сначала он побоялся перечить президенту, но потом все-таки нашел мужество и высказался в защиту болонской системы.
 
Сюжет. Ректор ВГУ Дмитрий Ендовицкий и руководитель областного департамента образования Олег Мосолов острым чиновничьим нюхом моментально уловили необходимость «опубличить» свою позицию по ситуации с бюджетной филологией в Воронеже. Ендовицкий встал грудью на защиту своего министра-работодателя. «Позиция Минобрнауки относительно бюджетных мест сбалансированная и выверенная. Конечно, тезис «чем больше бюджетных мест, тем лучше» для вуза с точки зрения профессионального эгоизма совершенно верный, но необходимо корректировать потребности, исходя из сложившейся ситуации», – прокомментировал ректор. Кстати, подножка, подставленная Кольцовой своему ректору, чем-то похожа на месть – ведь еще в апреле было опубликовано открытое письмо профессора против решения ученого совета ВГУ об упразднении кафедры, которой заведует Людмила Кольцова. Всех остальных на филфаке давно «уплотнили», ведь и число студентов с советской поры сократилось втрое. Мосолов пояснил, что магистерские программы филфака ВГУ будут наполнять за счет целевого набора, который оплатят муниципалитеты: «Мы так давно работаем с педуниверситетом».

Сколько лет надо учиться на филолога: 4,5,6, всю жизнь или «понемногу чему-нибудь и как-нибудь»? Оставим эту дискуссию специалистам. Небольшая полемика относительно выступления Кольцовой прошла в СМИ и на воронежских площадках «Фейсбука» под общим девизом «Молодец, а то совсем филологию загнобили!». Хотя я уверен, что всё это не про филологию, а про деньги. Про собственные деньги, которые можно потерять, если отнимут заведование кафедрой, если никто не придет учиться по магистерским программам. Но раз вы не можете найти шесть человек в год в миллионном городе (или даже во всем Черноземье – вы же так себя позиционируете!), готовых оплатить ваши образовательные услуги, то что-то не то либо с ценой, либо с качеством услуги.

Звезда Кольцовой вспыхнула и погасла под лучами других более ярких медийных событий. А они, как назло, оказались связаны местами с русистикой, местами с высшей школой. Гораздо более известный профессор Гасан Гусейнов в «Фейсбуке» высказался о «клоачном русском», чем вызвал целую филологическую войну. Свой пост Гусейнов, правда, очень быстро «потер», но от слов своих не отказывается и извиняться, как от него требует ученый совет Высшей школы экономики, где преподает Гусейнов, не собирается. Трагифарс питерского доцента-наполеоноведа, распилившего свою сожительницу-аспирантку, за которым теперь наблюдает вся страна, в числе прочего обнажает проблемы высшей школы – маньяк и до этого сожительствовал с ученицами и угрожал им расправой; по его команде избили студента, сторонника его оппонента, а ученый совет вуза стал на сторону маньяка, заявив об имевшей место провокации. Тема секса в обмен на зачеты – вторая по популярности после мелкой (или не очень) мзды, собираемой студенческими старостами для благосклонности экзаменатора. И искоренением бакалавриата этого не изменишь. Как и того статистически непреложного факта, что лишь каждый третий студент, поступивший на филфак, в конце концов оказывается школьным учителем. А в магистратуре теперь учат таким «модным» специальностям, как «имиджелогия и спичрайтинг». Правильное позиционирование товара – залог успешного бизнеса. Теперь по ходатайству Людмилы Кольцовой за имиджелОгов (или имиджОлогов, или все-таки имиджеложцев?!) заплатит Путин, ну то есть мы. Для автора этих строк выступление Кольцовой скорее повод поностальгировать о «своем филфаке»... Вот на официальном сайте факультета: руководитель магистерской программы «Электронные и печатные издания и реклама» профессор Мария Константиновна Попова, которая вообще-то «античка» и «средние века» и у которой без точного ответа, «на чем повесилась Антигона», до экзамена не допускали. В общем, не буду рассуждать с видом всезнайки, почему высшее гуманитарное образование оказалось там, где никакой «имиджолог» уже не поможет. Да простит меня читатель за корявые попытки сварганить авторский неологизм: планку Людмила Михайловна своим «недопедо» (мы болеем за «Торпедо») задала. Мне вот, грешному, кажется, что Кремль, Путин, да и Кольцова-не-Галкин, а также все эти педофонетические аллюзии тут, малость, неуместны. Другие – ничего, аплодируют даже. Слух больше резануло кольцовское «компетЭнция». Людмила Михайловна несколько раз употребляла это «мертвое» слово (к коим она относит слова, от которых нельзя образовать глагол), произнося его именно так.

В современном обществе институт ученых званий в целом и слово «профессор» в частности всё еще пользуются уважением. Это создает опасную иллюзию непогрешимости и авторитета научного знания. Вот если я вам скажу, что слова «тенор» или «интеллект» мертвые, потому что не образуют глагола, – вы покрутите пальцем у виска, а если это скажет профессор – вы или поверите, или задумаетесь. Это не отменяет проблему дурно пахнущих «мертвых» слов, от которых остается только оболочка без контекста и которые не способствуют коммуникации, а наоборот, создают трудности перевода. Если нет контекста, общих фоновых знаний, коммуникация быстро превращается в отдачу команд: «Стой, раз-два», «Упал – отжался». Собственно, и формы управления (коллективом, бизнесом, обществом) скатываются к выполнению довольно примитивных действий на основании алгоритма типа «получил – откатил – выполнил в срок» или «прогнулся – нашептал – подсидел». Или как в нашем случае – «прибеднился – прослезился – получил». Как в том анекдоте про батьку Лукашенко, без которого в стране даже картоху перебрать не могут. Нет сомнений, что дорвавшийся до уха президента филфак так или иначе получит вне общего порядка свои недостающие бюджетные места в магистратуре – либо за счет каких-либо, прости господи, географов (перераспределят внутри вуза), либо за счет муниципалитетов, которые «нагнут» на дополнительный целевой набор. Никаких проблем это не решит. А главная и, на мой взгляд, нерешенная проблема – это передача опыта (ой, еще одно слово, не образующее глагола). Быть интеллектуальным центром, «платоновской академией» моему филфаку давно уже не грозит. Но, вероятно, это участь любого современного гуманитарного образования – оно, увы, не несет практической пользы и, что страшнее, никак не соотносится с современной, стремительно меняющейся жизнью. Почему это произошло? Думаю, что высшая школа так же, как и все основные институты общества, живет по принципу отрицательного отбора. Кроме того, существует в фактической изоляции от внешнего мира. Правда, регулярно требует от этого мира бюджетной дани. То есть претендует на часть продукта, производимого обществом, не давая ничего взамен. А должна. Главный продукт, который по определению обязаны производить гуманитарии, – это идеи. Идеи, которые двигают мир вперед, делают его лучше. Идей нет и не будет. Потому что в административно-командной системе функционирования российского общества нет ничего опаснее идей. Новых идей, так похожих на бунт. Со «своими идеями» ты быстро скатываешься в низ социальной лестницы и оттуда с интересом наблюдаешь, как лечат врачи, которые не могут лечить, или учат профессора, которые не могут по-русски говорить, etc.

Воронежская школа лингвистики когда-то была одной из сильнейших в СССР. Могла с Тарту разговаривать если не на равных, то почти. Основой этой школы была Валентина Собинникова, преподававшая в ВГУ с 1943 года. Следующим поколением, золотой элитой филфака ВГУ, были покойные профессора Игорь Распопов, Анатолий Ломов, Зинаида Попова и последний по времени из учеников Валентины Ивановны здравствующий Геннадий Ковалев – собственно, единственный из плеяды крупных ученых воронежской лингвистической школы, до сих пор преподающий на факультете. (Литературоведов оставляю за скобками, извините.)

Специалист по пунктуации Людмила Михайловна – это ученица учеников Собинниковой. Это, конечно, уже не элита, а «вторая репродукция», сеять еще можно, но урожайность – так себе. Ни одного доктора наук завкафедрой Кольцова за 15 лет руководства так и не воспитала. Зато профессор Кольцова замечательно поет русские народные песни. Здесь на ум приходит еще один воронежский член президентского совета – блиставший год назад худрук Михаил Бычков, благодаря которому мы знаем, что «Гордеев – это как раз специалист по огурцам». Но ему-то по должности положено скоморошничать, а тут академическая наука как бы.

Кроме уже упоминавшихся профессорства, заведования кафедрой и членства в президентском совете Кольцова имеет еще множество регалий. Но, главное, конечно, не регалии, а 146%-я «скрепность». Профессор еще и поэт, издала два поэтических сборника. Названия – «О Родине, о Доме, о Душе» и «Живых сердец связующая нить». Никакие либералы-инородцы Гусейновы тут не проскочат. Вот для интересующихся ссылка на профессорскую лирику. Но все-таки одно стихотворение, скромно озаглавленное «Мой путь», приведу целиком:

Отключу телефоны, закрою все окна и двери,
Окунусь в океан беспросветной вселенской тоски.
Подведу все итоги: удачи сочту и потери.
Перед Жизнью я школьница снова у классной доски.

Мне казалось, что путь мой свободен, и ясен, и светел.
Все задачи, что Жизнь задавала, решала легко.
И со мною, за мной шли тропою Познания дети
И летали на крыльях Мечты высоко-высоко!

Но случились, опять навалились на Родину беды:
Растерзали страну, где оценка была – по труду.
На незримой войне торгаши одержали «победу».
И теперь я не знаю, куда по болоту бреду.

Но люблю этот мир и в бессмертие искренне верю!
Лихолетье пройдет... И Земли неоглядной краса
Одолеет тоску. Я открою все окна и двери.
И Душой благодарной опять поднимусь в Небеса...

Сфера научных интересов Людмилы Михайловны тоже поэтична: «Кольцов целиком отдается поэзии. К этому времени у него появился наставник – воронежский семинарист А. П. Серебрянский, талантливый сочинитель, который помог поэту в литературном образовании. В стихах своего подопечного он даже исправлял орфографические ошибки и расставлял знаки препинания». (Ах да! Согласно старому филфаковскому анекдоту, Распопову с Ломовым после двух поллитровок показалось забавным, что Кольцова будет заниматься Кольцовым. Подопечная была не против. Одна беда – у потомственного скотовода Кольцова с пунктуацией было как-то не очень, поэтому обосновывать научную ценность своих трудов было непросто.)

Удивительно, но вызвавший бурю эмоций и споров Гасан Гусейнов (вокруг него страсти бушуют до сих пор) и Кольцова – почти одногодки. То есть их жизненный и профессиональный опыт должен быть в какой-то мере схож. Но по факту он диаметрально противоположен: Гасанов и Кольцова – на разных идеологических, научных, эстетических и каких только ни возьми полюсах. Гасанов преподает кроме «вышки» еще в полдюжине европейских вузов, ученик знаменитых Лосева и Тахо-Годи, соавтор Мифологического словаря – настольной книги любого российского филолога. Вот и их слово так по-разному в сердцах отозвалось. Казалось бы, солидное выступление в Кремле, за которым последовала публичная выволочка министра, а через день все забыли. И мимолетная, дневниковая по смыслу запись («в Москве… невозможно днем с огнем найти ничего на других языках, кроме того убогого клоачного русского, на котором сейчас говорит и пишет эта страна»), которая уже две недели обмусоливается всеми, кто относит себя к российской гуманитарной сфере. Это ли не иллюстрация слова «живого» и слова «мертвого» (вне зависимости от того, как относиться к фразе Гусейнова). «Только когда плывешь против течения, понимаешь, чего стоит свободное мнение» – без свободы дискуссии невозможно воспитать профессионала, без профессионализма – заработать репутацию. Будущее не чужого мне филфака в этом смысле представляется туманным.

На совете с участием Людмилы Михайловны президент отметился очередным афоризмом – про «пещерных русофобов, объявивших войну русскому языку». Был ли в этом намек на Гусейнова – не знаю. Если да, то путинские спичрайтеры очень оперативно работают. Только от этого что-то не очень радостно.

«Пещерные русофобы»… Но русофилы у нас тоже пещерные. Поэтому и язык у нас такой. Ну вы меня поняли.

Александр Пирогов
(473) 212-02-88
Комментарии на Facebook.com
Добавьте «Абирег» в свои избранные источники
Вопрос недели
Какой из «экзотических» бизнесов, на ваш взгляд, наиболее эффективен в Черноземье?
Зимние клубничные теплицы (Тамбов)
Ювелирный завод (Белгород)
Завод по обжарке кофе (Липецк)
Страусиная ферма (Тамбов)
Производство колоколов (Воронеж)
Оленья ферма (Тамбов)
Кожевенная фабрика (Воронеж)
Осетровая ферма (Тамбов, Воронеж)
Завод по разведению, выращиванию и переработке личинок мух (Белгород)
 3230 
Защита: Введите код c картинки
Результаты
Комментарии к публикациям
У города есть шанс заработать на штрафах за два месяца...
Виталий, 18.02.2020, 21:06:58
Дай Бог!
Василий, 18.02.2020, 21:04:53
Зачем делали парковки? Зачем амнистия? Почему одни платят, другие нет? Может пусть пофигисты заплатят за 2 месяца и запомнят это на всю жизнь!
Роман, 18.02.2020, 20:57:45
Игорь, а реально ли вообще оспорить решение налоговой? Знакомы ли вам ситуации, когда это удавалось?
Юлия , 18.02.2020, 17:32:54
почему так происходит?
интерсующийся, 18.02.2020, 15:49:20
скажите, а законно ли вообще дробить бизнес? если да - то каким образом?
Док, 18.02.2020, 15:45:54
Так все храмы так самовольно и строятся. Храм в Первомайском саду - не исключение. Его вообще умудрились построить прямо сверху канализационного колл...
вася, 18.02.2020, 15:28:23
СВЕЖИЕ НОВОСТИ НА ПОЧТУ

ZHD

Русфонд Воронеж

Orphus

Агентство Бизнес Информации (ABIREG.RU)
Воронеж т.ф.+7 (473) 212-02-88
Липецк т. (4742) 90-06-85, Курск т. (4712) 36-00-87
Орел т. (4862) 78-12-64, Тамбов т. (4752) 43-54-61
Белгород т. (4722) 50-05-84,  Москва т. (495) 560-48-82
info@abireg.ru

IOS Android
Картотека
Группа Абирег использует систему проверки контрагентов Картотека.ru
Создание сайта - "Алекс"

Агентство Бизнес Информации (ABIREG.RU)
Воронеж т.ф.+7 (473) 212-02-88
Липецк т. (4742) 90-06-85, Курск т. (4712) 36-00-87
Орел т. (4862) 78-12-64, Тамбов т. (4752) 43-54-61
Белгород т. (4722) 50-05-84,  Москва т. (495) 560-48-82
info@abireg.ru