Строители Нововоронежской АЭС-2 считают, что меры безопасности ущемляют их права

Мы живем как в концлагере, — сообщил позвонивший в редакцию «МОЕ!» мужчина, представившийся строителем Нововоронежской АЭС-2 Александром. — Посмотрите, как соблюдаются наши конституционные права и свободы. Поселок, в котором живут строители, огородили забором и поставили КПП. Я поработал на многих режимных объектах по всей России, но такое встречаю впервые...

Стой, кто идет!

Новая атомная станция строится неподалеку от существующей. Первые два энергоблока НВАЭС-2 будут вырабатывать примерно на четверть больше энергии, чем действующая станция. Это один из самых масштабных инвестиционных проектов на территории Центрально-Черноземного региона. Объем капиталовложений составит 130 млрд рублей.

На фоне таких масштабов звонок Александра немного обескуражил. Наши корреспонденты отправились в поселок строителей НВАЭС-2, чтобы лично пообщаться с рабочими.

Поселок расположился слева от дороги перед въездом в Нововоронеж. Аккуратные типовые общежития. Летом здесь проживает около трех тысяч рабочих. Зимой — чуть меньше. В основном иногородние или воронежские, возвращающиеся домой лишь по выходным.

По периметру поселок огорожен забором. Александр встретил журналистов «МОЕ!» возле дверей с надписью «Пропускной режим. При входе-выходе предъяви пропуск!».

— Это у нас КПП, — объяснил он. — Без пропуска в поселок не зайдешь. Появилось это примерно три месяца назад. Сам живу здесь уже два года. Раньше свободно можно было проходить. Теперь же после работы перед вертушкой КПП выстраивается очередь по 600 — 700 человек.

МОЕшники приехали под конец обеденного перерыва. Трудяги в спецовках выходили из дверей КПП и толпой ждали автобус, который должен был отвезти их на НВАЭС-2. Такие автобусы возят людей трижды в день: по утрам на работу, в обеденный перерыв — в столовую, расположенную на территории поселка, вечером — с работы.

— И к чему такую секретность сделали? — недоумевает Александр. — Мы и так подписывали договоры о неразглашении производственных тайн. Это понятно — работа. Но здесь-то мы живем. И нам хочется ощущать себя свободными. А это что за свобода? Такси к общежитию не вызовешь — придется идти до КПП пешком полкилометра. Если кто-то приедет в гости — на территорию он не войдет.

Мнение Александра разделяют многие рабочие. Некоторые даже сокрушались, что в единственном магазинчике на территории поселка ничего крепче пива не продают.

— Вот где действительно концлагерь, — обиженно буркнул краснощекий мужичок, наотрез отказавшийся фотографироваться и называть свое имя.

«А если бомбу пронесут?»

—Неблагодарные люди... Им такие условия создали, а они, — махнул рукой вышедший к нам охранник. — Ведь все для их же безопасности! А если им бомбу пронесут?

— Бомбу? Так зачем же в общежитие? — искренне удивились мы.

— Э-э-э, не говорите. Тут люди со всей России работают — мало ли что! — с таинственным видом произнес охранник и тоскливо посмотрел вдаль.

Поселок строителей находится под охраной ООО ЧОП «Охранное агентство «Эскарп-НВ 1». Как сообщил нам генеральный директор ЧОПа Евгений БАРДАКОВ, такие меры безопасности продиктованы ОАО «Атомэнергопроект» — генеральным подрядчиком по проектированию и сооружению Нововоронежской АЭС-2.

В «Атомэнергопроекте» удивились звонку из «МОЕ!», сказав, что о недовольстве рабочих слышат впервые. Впрочем, меры безопасности в «Атомэнергопроекге» считают адекватными, а рабочим советуют привыкать к правилам общего проживания. Как ни искали мы документов или законов, предписывающих в местах проживания рабочих атомных станций принимать подобные меры безопасности, так и не нашли. Впрочем, строжайшая секретность режимных объектов и всего, что с ними связано, характерна для нашей страны еще с советских времен. Так что не будем забывать, что живем мы в России.

Роман Попрыгин
МОЕ! №51, 21 декабря 2010 г.