В Воронежском концертном зале 29 сентября состоялся первый гастрольный показ нового прокатного агентства «Артлинии» — моноспектакль Аллы Дамскер «137. Сны о страсти и смерти» с Елизаветой Боярской собрал практически полный зал. Для регионального рынка развлечений объемом свыше 55 млрд рублей в общероссийском масштабе это показательный прецедент: искушенная и платежеспособная аудитория Черноземья готова массово голосовать рублем не только за привычную легкую комедию, но и за жесткий фестивальный драматический контент.
Провал шаблона легкой антрепризы
Что обычно везут в провинцию, когда хотят заработать гарантированные деньги? Три стула, две узнаваемые физиономии из телевизора, незамысловатый адюльтер и полтора часа пошлых шуток. Считается, что региональный зритель после тяжелой рабочей недели другого просто не переварит.
Этот стереотип разбился о сцену ВКЗ. Публике предложили полуторачасовое полотно по архивам, письмам и допросам Марины Цветаевой периода эмиграции и возвращения в СССР. Вместо развлекательного водевиля — метафизический суд над душой, миф о Гамельнском крысолове, звуки крысиного писка, шелест протоколов и метафора следователя НКВД.
Спектакль собрал полный зал. Сидели тихо. В финале аплодировали стоя.
Оказалось, что чиновники, предприниматели и топ-менеджеры, заполнившие партер, прекрасно считывают сложные культурные коды. Воронеж давно перерос статус города, где аншлаг обеспечивает лишь примитивная расклейка афиш с телезвездами.
Жесткая математика частного проката
Почему для частного бизнеса этот риск был за гранью разумного? Дело в финансовой модели.
Как сообщила «Абирегу» руководитель агентства искусств «Артлинии» Ольга Буткова, бюджет организации одного крупного гастрольного проекта сегодня варьируется от 2,5 млн до 5 млн рублей и выше. В эту сумму зашиты гонорары артистов первой величины, аренда зала, переезды, проживание труппы, технический райдер и продвижение.
При этом собеседник агентства подчеркивает: точка безубыточности коммерческого проката сместилась в опасную зону 65–75% проданных кресел, а на дорогих проектах доходит до 80%. Частный прокатчик, в отличие от государственных театров, не получает бюджетных субсидий. Он обязан вернуть вложенный капитал за один-единственный вечер.
Именно коммерческий сегмент сегодня формирует индикатор реальной платежеспособности городского истеблишмента. Если зритель покупает билеты по ценам, в разы превышающим репертуарные, он требует соответствующего уровня режиссуры и смыслов.
Разговор начистоту после занавеса
После завершения спектакля состоялась открытая дискуссионная панель создателей постановки со зрителями, где остался практически весь партер. Разговор шел без дежурного пафоса и политкорректности.
«То, что вы сегодня посмотрели, — это современный театр, ребят. Мы все совершенно сумасшедшие маньяки-перфекционисты. Здесь нет правильного и неправильного, здесь есть абсолютное доверие и огромнейший труд», — заявила со сцены режиссер и автор постановки Алла Дамскер.
Исполнительница главной роли Елизавета Боярская прямо призналась собравшимся в сложности материала, отметив, что в постановке звучат ее собственные записи всех персонажей — от следователей до Сергея Эфрона.
«Играть саму Цветаеву невозможно — я не понимаю, как ее играть, она инопланетянка. Мне легче воспринимать ее через призму души без плоти, нежной, ранимой и уязвимой, которая после земной трагедии заново проходит момент осознанного выбора», — отметила госпожа Боярская.
Судя по реакции присутствовавших предпринимателей и представителей местной интеллигенции, подобная искренность оказалась куда более востребованной, чем стандартные гастрольные поклоны. Зрители не спешили расходиться, подробно расспрашивая команду о хореографии, саунд-дизайне Кирилла Архипова и историческом подтексте дела разведчика Игнатия Рейсса.
Битва за даты и диверсификация афиши
Успех сложной Цветаевой не означает, что прокатчики откажутся от зрелищных форматов. Напротив, рынок движется в сторону жесткой профессиональной селекции. В планах «Артлиний» на осень значатся масштабное танцевальное шоу «История в отеле» с 42 тоннами декораций от худрука Театра Маяковского Егора Перегудова и музыкальный стендап Александры Урсуляк «Хорошие песни».
Главными вызовами для прокатчиков остаются дефицит качественных площадок в городе на фоне необходимости ремонта Театра оперы и балета, конкуренция за даты в Воронежском концертном зале и сокращение горизонта планирования. Значительная доля кассы сейчас собирается в последние две-три недели перед показом, что держит бизнес в постоянном стрессе.
Тем не менее, прецедент создан. Воронежский зритель доказал, что способен заполнять тысячные залы на глубоких, трагических постановках. А значит, монополия примитивных комедий на гастрольном рынке Черноземья окончательно уходит в прошлое.
