Земля в декларациях кандидатов Черноземья — отдельный сюжет, часто более говорящий, чем доход. В партийных группах соседствуют настоящие аграрии, держатели крупных наделов без видимого сельхозбизнеса и «технические» кандидаты, у которых нет вообще ничего.
Садовод с понятной землей: Сергей Хаустов
Самый органичный случай — Сергей Хаустов из тамбовской группы «Единой России». Его доход скромен — 3,2 млн рублей за 2025 год, из транспорта — Toyota Camry, но в собственности около 70 гектаров земли в Тамбовской области, включая один участок почти на 59 гектаров. Здесь земля точно ложится на биографию: Хаустов — выходец из Мичуринска, коммерческий директор садоводческого хозяйства «Снежеток», председатель аграрного комитета Тамбовской облдумы и глава ассоциации садоводов-питомниководов. Это тип депутата, для которого гектары — рабочий инструмент, а не загадка.
Академик со 131 гектаром: Андрей Фролов
Куда интереснее декларация Андрея Фролова, идущего третьим номером в группе КПРФ Курской области и одновременно по одномандатному округу в Орле. При доходе 16,3 млн рублей у него — около 131 гектара земли в Орловской области. При этом публичный профиль Фролова сугубо академический и политический: кандидат экономических наук, доцент, преподаватель Орловского филиала Финансового университета, депутат облсовета, создатель частного музея. Ни аграрного, ни коммерческого бизнеса в открытых источниках у него не видно. Откуда у преподавателя экономики 131 гектар земли — вопрос, на который декларация ответа не дает.
А рядом — нули
Контраст внутри тех же списков разительный. У «Новых людей» в черноземных группах идут кандидаты с нулевым задекларированным доходом — Евгений Анохин и Роман Хохленков из Орловской области задекларировали 1 и 2 рубля дохода, а Дмитрий Рыжков при нулевом доходе владеет тремя гектарами земли. Это классическая «техническая» массовка, которой партии заполняют региональные группы: людям без активов и публичной истории отводится роль статистов в списке.
Для делового читателя картина складывается в понятную схему. Земля в декларациях — это и честный маркер реального агрария, и повод для вопросов, когда крупные наделы возникают у людей без сельхозбизнеса. А соседство латифундистов с «нулевыми» кандидатами показывает саму кухню формирования списков: реальные бенефициары и держатели активов идут вперемешку с массовкой, и разобрать, кто есть кто, помогает именно имущественная часть анкеты.
