В ближайшие три года российские производители горного оборудования будут развиваться, но без «бешеного роста»: инвестиционные программы добывающих компаний по-прежнему определяют спрос на тяжелую технику. Воронежское ООО «Обогатительное оборудование» работает примерно с 50%-ной загрузкой, рассчитывает удержать ее в 2027 году и параллельно готовит новый для себя вид техники.
Директор «Обогатительного оборудования» Екатерина Коваленко сообщила «Абирегу», что рынок не покупает тяжелые буровые станки в запас. Их заказывают только тогда, когда карьер, фабрика или шахта действительно готовятся добывать больше. А сегодня инвестпрограммы у многих предприятий переживают не лучший период.
Заказы не лежат на складе
«Сейчас у нас загрузка где-то на 50%. Дозагрузить мы бы с удовольствием, но здесь вопрос в заказах», — сообщила «Абирегу» Екатерина Коваленко.
Горное машиностроение устроено проще, чем кажется на презентациях. Добывающая компания не идет на рынок за буровым станком, как за новым грузовиком. Особенно если речь о тяжелой технике стоимостью в десятки миллионов рублей.
По словам госпожи Коваленко, один станок может стоить около 100 млн рублей и больше. Покупатель берет его только под конкретную инвестиционную программу: расширение карьера, запуск добычи, обновление парка или новый участок работ. Если программу перенесли, завод не получит заказ. И никакая красивая презентация этого не исправит.
«Если буровой станок компании не нужен, его просто так впрок никому не продашь. Стоимость бурового станка — 100 млн рублей плюс. Его возьмут только тогда, когда он жизненно необходим и когда из инвестпрограммы понятно, что разработка карьера и добыча будут прямо сегодня и завтра», — пояснила собеседница агентства.
Именно поэтому рынок горной техники зависит не столько от общего спроса на металл или уголь, сколько от готовности конкретных недропользователей вкладываться в расширение. Если фабрика или карьер отложили капвложения, спрос на новую технику исчезает быстро. Запчасти и сервис могут поддержать производство, но не способны заменить крупные заказы.
«Запасные части выпускаются, но на запасных частях объем такой, чтобы содержать все предприятие, весь коллектив, конечно, недостаточен. Нужен основной продукт, на котором делается основная маржинальная выручка», — сказала госпожа Коваленко.
Компания оценивает текущую загрузку примерно в половину производственных возможностей. Заказы, по словам директора, есть до конца 2026 года. На 2027-й завод рассчитывает сохранить близкий уровень работы, но хочет получить дополнительную загрузку за счет новой продукции.
Не серия, а конструктор
Слово «серийный» в горном машиностроении часто означает не то, что в производстве бытовой техники. У завода могут быть базовые модели буровых станков, но финальная машина все равно собирается под условия конкретного заказчика.
Нужно учитывать твердость породы, климат, глубину и объем бурения. Требования к гидравлике, электрической части и навесному оборудованию. Один станок будет работать в условиях Крайнего Севера, другой — на карьере в Центральной России или в Казахстане. Формально техника похожа, но практически — это разные проекты.
«База у буровых станков единая на 70–80 процентов. Но очень много зависит от климатических условий, требований заказчика, твердости породы. По факту мы под каждого заказчика, согласно техническому заданию и спецификации, делаем не новую машину, но уникальную в своем роде», — отметила Коваленко.
«Обогатительное оборудование» выпускает буровые станки для открытых работ, оборудование для обогащения — грохоты, сепараторы, вакуум-фильтры, а также шахтные самоходные вагоны для подземной транспортировки руды. В последнем сегменте рынок ограничен самой природой спроса: вагон нужен только тем, кто работает под землей. Ничего личного — просто геология.
В сегменте грохотов и сепараторов конкуренция, по оценке директора, жестче. Такие машины могут выпускать небольшие предприятия с минимальными накладными расходами. На тендерах они способны выигрывать ценой. Для крупного производителя это означает вечную дилемму: нельзя бесконечно снижать цену, если нужно содержать конструкторскую службу, станочный парк и сервис.
Импортозамещение без лозунгов
После ухода части западных поставщиков добывающие компании быстро почувствовали, что импортное оборудование — это не только сама машина. Это еще сервис, поставка запасных частей, ремонт, инженеры и предсказуемость. Параллельный импорт помогает, но стоит дорого и плохо дружит со сроками.
Китайская техника для рынка остается вариантом. Однако, как говорит директор воронежского предприятия, ожидания покупателей от нее не всегда совпадают с реальностью. Цена может быть привлекательной, но вопросы возникают к ресурсу, обслуживанию и доступности комплектующих.
«Параллельный импорт дорогой. Есть проблема своевременной поставки запасных частей и сервисного обслуживания. Пробуют Китай, но Китай не всегда соответствует ожиданиям: по цене какие-то вещи приемлемы, но по обслуживанию и по длительности эксплуатации есть вопросы», — рассказала собеседница агентства.
На этом фоне производители горной техники получили шанс занять освободившиеся ниши. Но вместе с шансом пришла обязанность: заказчики ждут не просто российского шильдика, а современного оборудования с понятным сервисом и высокой производительностью.
«Потребители ждут современное высокотехнологичное оборудование. В свое время импортное оборудование показало возможности для горнорудной техники. Сейчас сфера подтянулась. Мы поняли, что нужно заказчику, а заказчик понял, что вариантов не так много», — сказала Екатерина Коваленко.
По ее словам, предприятие получило статус отечественного производителя по постановлению правительства РФ. Директор оценивает долю российских компонентов в выпускаемых станках примерно в 99%. В компании также используют альтернативные решения — российские и китайские — там, где это требуется по экономике и доступности.
При этом локализация не отменяет рыночной математики. Производитель может купить компоненты дороже, но не может бесконечно перекладывать рост затрат на клиента.
«Как бы мы ни покупали дорого комплектующие, мы не можем продать выше рыночной стоимости тот же самый станок. Поэтому ищем варианты альтернативы: что-то китайское, что-то отечественное», — пояснила госпожа Коваленко.
Новый продукт вместо ожидания
Завод не планирует строить новую площадку или запускать отдельную линию. Новую технику предполагается осваивать на существующей производственной базе на улице Чебышева в Воронеже. Компания использует действующий станочный парк и собственное конструкторское подразделение.
Пока проект находится в наиболее сложной, но самой недооцененной фазе — на стадии конструкторской документации. До опытного образца еще далеко, но именно так в тяжелом машиностроении и начинается рост: сначала несколько инженеров спорят над чертежами, затем появляется опытная машина, а уже потом — заказчик, который готов поставить ее на карьер и проверить на реальной породе.
«Мы понимаем, что нужно разнообразить линейку. Сейчас работаем над конструкторской документацией. До выпуска даже серийного образца пока слишком рано, еще много этапов надо пройти», — сообщила директор.
По словам госпожи Коваленко, выпускать одну и ту же продукцию годами уже не получится. Рынок требует обновления. И не потому, что кому-то захотелось очередное модное слово в стратегии. Просто заказчик хочет больше пробуренных метров, меньше простоев, понятный сервис и прогнозируемую стоимость владения техникой.
«На выпуске одной и той же продукции долго не продержишься. Рынок сейчас требует нового», — сказала собеседница агентства.
Людей стало проще найти
Вопреки общему промышленному тренду, компания не считает кадровый вопрос критическим. В 2023 году дефицит работников и проблемы с квалификацией ощущались острее. Сейчас, по оценке директора, точечные вакансии удается закрывать в сравнительно короткие сроки.
Причина, вероятно, не в том, что на рынке внезапно стало много квалифицированных станочников. Скорее, промышленный рынок труда начал перераспределять людей между предприятиями: работники ищут более стабильную зарплату, понятный график и перспективу.
«Сказать, что нельзя найти специалистов на рынке, — нет, можно. Сейчас проблема практически не стоит. Есть точечные вакансии, которые нужно закрыть, но, как правило, они закрываются достаточно краткосрочно», — отметила Екатерина Коваленко.
Собеседница агентства подчеркнула, что для производства важнее всего сохранить само ядро завода: станочников, инженеров, рабочих и технологическую базу. Без этого юридические, финансовые и управленческие конструкции теряют смысл.
«Задача не в том, чтобы вытянуть компанию. Задача, чтобы она шагнула вперед: освоила новую линейку, увеличила портфель заказов, дозагрузила производство, обеспечила людей стабильной зарплатой, работой и перспективами», — сказала госпожа Коваленко.
Три года вместо пяти
Директор не берется прогнозировать ситуацию на пять лет. В нынешней экономике это почти жанр фантастики, но на ближайшие три года ее оценка сдержанно позитивна: добыча полезных ископаемых не исчезнет, а значит, полностью не исчезнут и инвестиции в технику.
Быстрого взлета спроса компания не ждет, но и резкого падения портфеля заказов относительно текущего уровня не прогнозирует. Заводам придется адаптироваться — медленнее или быстрее, удачнее или болезненнее. Иначе рынок адаптирует их сам.
«Предприятия не смогут стоять на месте. Хочешь не хочешь, к требованиям рынка все равно будешь адаптироваться. В ближайшие три года предприятия однозначно будут развиваться. Есть вектор, есть понимание, куда двигаться», — заключила Екатерина Коваленко.
ООО «Обогатительное оборудование» зарегистрировано в Воронеже в 2005 году. Компания выпускает оборудование для бурения шпуров и скважин, шахтные самоходные вагоны, бункеры-перегружатели и другое оборудование для горнодобывающей отрасли. Производственная площадка расположена на улице Чебышева. По итогам 2025 года выручка предприятия составила около 2,35 млрд рублей; Чистая прибыль достигла 3,03 млн рублей против 2,1 млн рублей годом ранее. Среднесписочная численность работников на конец 2025 года составляла 592 человека. Баланс компании на конец 2025 года оценивался примерно в 2,49 млрд рублей. Директором ООО «Обогатительное оборудование» является Екатерина Коваленко. Единственный владелец компании — Ирина Чекменева, ей принадлежит 100% в уставном капитале общества.
