Россия нарастила производство зерна и стала крупным аграрным экспортером, но доходы хозяйств не соответствуют этим достижениям. Председатель комитета Госдумы по аграрным вопросам Владимир Кашин на выставке «Золотая осень» раскритиковал объемы финансирования села, предложил закупать больше зерна у небольших и средних производителей и призвал развивать переработку вместо продажи сырья. По его мнению, экспортные ограничения нельзя преодолеть только поиском новых покупателей: стране нужны собственные производства, животноводство и более активная работа на зарубежных рынках.
Кашин выступил на сессии «Аграрный экспорт регионов России». Разговор о внешних поставках он начал с положения самих аграриев: растущий урожай не гарантирует им ни выгодной цены, ни средств на следующий посев.
На село денег стало больше. Но этого недостаточно
По оценке Кашина, на сельское хозяйство приходится около 1,3% расходной части федерального бюджета. Он сравнил этот показатель с периодом, когда доля составляла, по его словам, лишь 0,3%, и признал, что финансирование удалось увеличить. Однако нынешний уровень депутат считает недостаточным.
Кашин заявил, что в последние годы объем средств на поддержку отрасли удалось поднять примерно с 240 млрд до 600 млрд рублей. Какие именно бюджетные программы он включил в этот расчет, в выступлении не уточнялось.
«Это слезы», — оценил он объем финансирования, говоря о накопившихся проблемах АПК.
Депутат связал их с последствиями спада 1990-х годов: сокращением производства, ослаблением аграрной науки и потерей инфраструктуры. Он рассказал, что в тот период руководил научным институтом, которому приходилось работать при крайне ограниченном бюджетном обеспечении.
Кашин противопоставил этому нынешние результаты отрасли. По его словам, Россия перешла от ориентации на закупку продовольствия за рубежом к масштабным собственным поставкам. В выступлении он назвал годовой объем агроэкспорта в 42–43 млрд долларов, не уточнив период, к которому относится показатель.
При этом достижения экспортеров, по его мнению, не снимают вопроса о доходах производителей и устойчивости хозяйств.
Новые земли дадут зерно. Куда его направить?
Одним из резервов роста Кашин назвал возвращение сельхозземель в оборот. По его словам, к 2030 году предстоит вовлечь еще 10 млн гектаров, а совокупный результат работы программы должен составить около 13 млн гектаров.
Потенциал дополнительных площадей депутат оценил как минимум в 40 млн тонн зерна в эквиваленте. Но увеличение производства, по его логике, требует заранее понимать, куда пойдет этот объем.
Кашин предложил не сводить задачу к вывозу урожая. Дополнительное зерно можно использовать в животноводстве, аквакультуре, пищевой промышленности и глубокой переработке. Эти направления создадут внутренний спрос и уменьшат зависимость хозяйств от экспортной конъюнктуры.
Отдельно он обозначил необходимость посеять не менее 19 млн гектаров озимых. По словам депутата, для поддержки посевной удалось добиться дополнительных 30 млрд рублей, однако получение средств сопровождалось задержками.
«Это рабочие места, это деньги»
Лидерство России в экспорте пшеницы Кашин предложил оценивать не только как достижение, но и как повод пересмотреть структуру поставок.
«Надо не голое зерно бросать за рубеж, а перерабатывать. Это рабочие места, это деньги», — заявил он.
Депутат сравнил продажу зерна с экспортом сырой нефти: в обоих случаях значительная часть дохода от последующей переработки остается за пределами страны.
В числе направлений он назвал производство крахмалов, в том числе модифицированных, органических кислот, ферментов и других продуктов, для которых зерно служит сырьем. Кашин также напомнил о советской микробиологической промышленности, выпускавшей белково-витаминные добавки и другую продукцию.
По его словам, сейчас в России строятся восемь новых крупных заводов соответствующего профиля. Названия предприятий, сроки запуска и мощности в выступлении он не перечислил.
Развитие таких производств депутат связал и со снижением зависимости от импорта. Он отметил, что ферменты и закваски закупались за рубежом, и выразил уверенность, что собственные предприятия позволят изменить ситуацию.
Другой пример переработки — кондитерская промышленность. Кашин обратил внимание на ее потребность в муке: зерно в этом случае продается не как сырье, а становится частью готовой продукции, которую также можно экспортировать.
Молоко и мясо вместо вынужденной продажи урожая
Еще один способ увеличить внутренний спрос на зерно — развитие животноводства. Кашин предложил рассматривать производство молока и мяса одновременно как продовольственную задачу и как рынок сбыта для растениеводов.
По его мнению, хозяйства оказываются в слабой переговорной позиции, когда им необходимо реализовать зерно до поступления следующего урожая. Покупатели понимают, что у продавца ограничены время и возможности хранения, и могут добиваться более низкой цены.
Если же внутри страны работают перерабатывающие предприятия и растет потребность животноводства в кормах, у производителя появляется выбор. Тогда экспортерам проще вести переговоры и о цене, и о сроках поставок.
Кашин подчеркнул, что наращивание урожая должно сопровождаться развитием отраслей, которые способны его потреблять. Иначе новые объемы усилят уже существующую проблему сбыта.
Госзакупки должны поддержать хозяйства, а не посредников
Для стабилизации зернового рынка Кашин предложил активнее использовать государственные закупки. Он сообщил, что обращался к премьер-министру Михаилу Мишустину, а затем к президенту с предложением закупить 15 млн тонн зерна.
Намеченные значительно меньшие объемы депутат считает недостаточными. При этом помощь, по его словам, должна быть адресована прежде всего небольшим и средним производителям, которым сложно продать урожай.
Кашин также призвал усилить роль государственных зерновых структур. По его мнению, их работа должна обеспечивать аграриям сбыт по достойной цене, а не оставлять основную прибыль многочисленным посредникам.
Он обозначил желательный масштаб реализации через такую структуру — 10–12 млн тонн и более вместо упомянутых им 2,5–3 млн тонн. Название компании в расшифровке выступления неразборчиво.
Предложение о закупке 15 млн тонн заметно превышает объявленные планы Минсельхоза. Ведомство намерено приобрести 3 млн тонн пшеницы и ржи в 2026–2027 годах. Начало закупочных интервенций ожидается в конце октября.
В цене хлеба аграрию достается меньше всех
Кашин связал финансовые трудности производителей и с распределением доходов в продовольственной цепочке. По его оценке, на долю производителя зерна приходится около 8% стоимости батона хлеба. Методика этого расчета в выступлении не приводилась.
Он заявил, что переработка и торговля получают непропорционально большую долю, тогда как аграрий несет производственные риски. При этом от роста конечной цены страдает и покупатель.
В качестве решения Кашин напомнил об инициативе, подготовленной совместно с вице-спикером Госдумы Алексеем Гордеевым, — ограничить торговые наценки на отдельные социально значимые продукты уровнем 10%.
Подобный законопроект был внесен в 2022 году. Упоминание на сессии не означает, что ограничение уже действует или что речь идет о новой инициативе.
По мнению Кашина, государственные закупки и регулирование продовольственного рынка должны работать на одну задачу: обеспечить производителю достаточный доход для продолжения работы.
Семеноводство восстанавливается, но работа не закончена
Отдельную часть выступления Кашин посвятил отечественным семенам. Он отметил продвижение по культурам, где импортная зависимость была особенно заметной, — кукурузе и сахарной свекле. Также депутат упомянул изменения в обеспечении семенами сои.
По его оценке, достижение поставленных целей по самообеспечению потребует еще трех-четырех лет.
Кашин связал восстановление отрасли с законодательством о семеноводстве, созданием специализированных зон и развитием семенных заводов. При этом наличие предприятия в России, по его словам, еще не гарантирует, что его продукция работает на российский рынок.
Он рассказал о посещении завода в Ставропольском крае, где семена кукурузы производились на российских полях силами российских специалистов, но поставки шли через транснациональную компанию за рубеж. Название предприятия он не привел.
Этот пример депутат использовал как аргумент в пользу того, что важны не только мощности, но и организация производства и сбыта семян.
Карантинные службы — часть экспортной инфраструктуры
Кашин поблагодарил Минсельхоз и Россельхознадзор за работу над законодательством в области фитосанитарной безопасности. По его словам, принятые нормы помогают закрывать пробелы в карантинном контроле и восстанавливать систему, в которой участвовали научные институты, лаборатории и специализированные питомники.
Он подчеркнул, что такие механизмы нужны не только для защиты внутреннего рынка. Они позволяют подтверждать соответствие продукции требованиям зарубежных покупателей и снимать препятствия для экспорта.
В животноводстве и других направлениях, по его словам, доступ на рынок также требует совместной работы контролирующих органов: зарубежные специалисты проверяют российские предприятия, российские службы взаимодействуют с партнерами.
Таким образом, увеличение поставок зависит не только от урожая и коммерческих переговоров, но и от признания систем контроля и допуска конкретных производителей.
Экспортеру мало найти покупателя
Кашин призвал усиливать зарубежное представительство российского АПК. По его словам, Россия работает примерно со 160 странами, и в условиях санкций продвижение продукции требует постоянной работы на местах.
Он сравнил масштабы поддержки сельского хозяйства и продвижения товаров в России, Китае и США. Приведенные в выступлении суммы относились к разным направлениям поддержки, поэтому напрямую сопоставлять их нельзя. Основной тезис депутата — российским экспортерам нужны более мощные инструменты помощи.
Кашин также обратил внимание на сложности транзита и торговли даже с дружественными странами. Он призвал продолжать работу по маршрутам через Казахстан и Китай, а также использовать разные морские направления.
По его словам, на 4 октября объем российского агроэкспорта превысил 30 млрд долларов. Этот результат он назвал значительным с учетом условий, в которых работают поставщики.
Однако дальнейший рост, по мнению депутата, потребует одновременно решать вопросы логистики, зарубежного представительства и доходности производства внутри России.
Рыбная отрасль — еще один резерв
Говоря об агроэкспорте, Кашин отдельно остановился на рыболовстве. Он назвал объем добычи около 5 млн тонн и экспортные поставки примерно на 6 млрд долларов, не уточнив отчетный период.
По его словам, принятые инвестиционные механизмы помогают обновлять флот, а развитие аквакультуры может стать дополнительным источником роста. Перспективный ориентир депутат обозначил на уровне 7 млн тонн и более.
Кашин сообщил, что для развития рыбной отрасли было принято 23 закона. Эти меры он представил как пример того, как законодательство может стимулировать инвестиции и обновление производственной базы.
В завершение депутат вновь вернулся к положению растениеводов. Поддержка экспорта, по его логике, не должна ограничиваться вывозом продукции: аграриям нужны средства на посевную, гарантированный спрос и возможность продавать урожай без вынужденного снижения цены. Иначе рост производства будет сопровождаться не ростом доходов, а увеличением запасов, которые хозяйства не могут выгодно реализовать.
