В Семилукском районном суде Воронежской области прошло первое открытое заседание по делу адвоката Виктории Стуковой, которую обвиняют в мошенничестве почти на 40 млн рублей. По версии следствия, речь идёт о части средств, возвращённых Оксане Шабановой по резонансному «магическому делу». Уже на старте процесса стороны разошлись в оценке не только обстоятельств, но и самой юридической конструкции обвинения.
Заседание началось с оглашения обвинительного заключения. Стуковой вменяется мошенничество в особо крупном размере по ч. 4 ст. 159 УК РФ. По версии следствия, в июле 2025 года, находясь в следственном отделе СК РФ по Воронежской области в Семилуках, адвокат забрала со стола денежные средства и валюту, переданные потерпевшей Шабановой в счёт возмещения ущерба по «магическому делу», а затем, злоупотребляя доверием, убеждала клиентку, что деньги переданы ей «на хранение» для обеспечения сохранности и платежеспособности.
Сама подсудимая с такой формулировкой не согласилась. Она несколько раз возражала прокурору и пыталась буквально разложить обвинение по частям:
— Я бы хотела, чтобы мне разъяснили обвинение. Мне непонятна фабула. В чём меня обвиняют? Были деньги похищены или взяты на хранение?
Прокурор в ответ настаивал на версии обвинения и повторял, что, по материалам дела, Стукова ввела потерпевшую в заблуждение, завладела денежными средствами и не возвращала их.
— Зачитайте последние абзацы. Они противоречивы друг другу. В вашем обвинении как минимум шесть составов. Я не понимаю, в чём меня обвиняют. Вы сейчас зачитывали обвинение и поясняете, что я у Шабановой взяла денежные средства на хранение. Так мошенничество или всё-таки взятие денег на хранение и не вернуть? — возразила подсудимая.
Гособвинитель настаивал, что деньги были переданы не на хранение, а в счёт возмещения ущерба, а потому речь идёт о мошенничестве. Стукова, в свою очередь, снова уточняла, в чём именно, по версии обвинения, заключался её умысел и какой способ хищения считает доказанным сторона обвинения.
— Мне всё равно непонятно, на что вы ссылаетесь. Вы пытаетесь изложить обвинение. Мне непонятно, в чём меня обвиняют, — продолжила госпожа Стукова.
— Я не пытаюсь, я изложил обвинение, — отвечал прокурор.
— Я ещё раз повторюсь, я не понимаю, в чём меня обвиняют, — подытожила подсудимая.
По её словам, из фабулы неясно, какой именно способ хищения ей вменяют: в одном месте говорится, что она забрала деньги со стола, то есть фактически открыто ими завладела, в другом — что убедила Шабанову оставить их у неё «на хранение». Защита указывала, что эти версии тянут на разные составы и не позволяют выстроить полноценную линию защиты.
Отдельно суд огласил гражданский иск Шабановой: она требует взыскать 15,82 млн рублей, 135,52 тыс. евро, 44,76 тыс. долларов США и проценты за пользование чужими денежными средствами, а также 500 тыс. рублей компенсации морального вреда.
После обсуждения формулы обвинения суд перешёл к вопросу порядка исследования доказательств. Прокурор предложил классическую схему: сначала допросить потерпевшую, затем свидетелей, после чего перейти к письменным материалам и вещественным доказательствам.
Защита выступила против. Адвокаты напомнили, что в деле содержится большой массив аудиозаписей встреч и разговоров между Стуковой и Шабановой, записанных самой потерпевшей и уже исследованных следствием. По их словам, именно эти записи показывают реальную динамику отношений сторон — обсуждение гонорара, объёма уже выполненной работы и дальнейших шагов по возврату денег, — а потому без их предварительного изучения полноценный допрос потерпевшей будет неполным.
Суд в итоге согласился с этим доводом, несмотря на возражения стороны потерпевшей. Было решено, что следующее заседание начнётся с исследования письменных материалов и вещественных доказательств — прежде всего оптических носителей с аудиозаписями и протоколов их прослушивания. Только после этого суд перейдёт к допросу потерпевшей и свидетелей, а затем — к представлению доказательств со стороны защиты.
Отдельной темой заседания стал вопрос о том, кто именно в деле является потерпевшим. Защита обратила внимание, что из текста обвинения не следует, что спорные деньги принадлежали Шабановой, и заявила, что в уголовном деле нужно отдельно установить, кто именно является надлежащим потерпевшим. Виктория Стукова заявила, что намерена поднять этот вопрос письменно и просить суд разобраться в процессуальном статусе Шабановой.
Комментарий адвоката Игоря Татаровича, который он дал «Абирегу», сводится к тому, что защита не согласна ни с квалификацией, ни с самой логикой обвинения. По его словам, на старте заседания подсудимая заявила, что не понимает, в чём именно её обвиняют, поскольку описание действий в обвинительном заключении не совпадает с тем составом, который ей вменяют. Речь идёт о мошенничестве в особо крупном размере, однако, как считает защита, из фабулы дела следует не классическая схема обмана, а иной спор о деньгах и их правовой природе.
Татарович пояснил «Абирегу», что, по версии следствия, Стукова сначала забрала деньги, предназначенные для передачи Шабановой в счёт возмещения ущерба, а затем уже в целях конспирации убедила её оставить средства у себя «на хранение» якобы для обеспечения сохранности и платежеспособности. При этом, как настаивает защита, мошеннический способ хищения — то есть обман или злоупотребление доверием как основа передачи денег — в обвинительном заключении, по их мнению, прописан непоследовательно.
Отдельно адвокат отметил, что спор между подсудимой и потерпевшей, по сути, вытекает из гражданско-правовых отношений: стороны не сходятся в оценке размера гонорара, порядка его оплаты и того, что именно было оплачено. Именно поэтому, как считает защита, речь должна идти не об уголовном преследовании, а о разбирательстве в обычном гражданском порядке.
Следующее заседание назначено на 11 августа, где будут исследовать материалы дела, после чего суд перейдет к допросам потерпевших и свидетелей, а затем — к доказательствам со стороны защиты.
Напомним, «магическое дело» начиналось как история о гадалках Валентине Уразовой и Евгении Обуховой, которые, по версии следствия, убедили воронежскую бизнесвумен Оксану Шабанову отдать им около 170 млн рублей и половину доли в IT‑компании «САФИБ», выполнявшей госконтракты. Обухова стала директором и совладельцем «САФИБ», а магические «услуги» сопровождались переводом бизнеса под ее контроль.
По данным защиты, эта «магическая» связка длилась не один год: Шабанова на протяжении более 15 лет обращалась к гадалке за «помощью» в бизнесе, перечислив ей, по оценке адвокатов, свыше 170 млн рублей и фактически передав под управление гадалки и ее дочери не только долю в «САФИБ», но и еще три компании общей стоимостью порядка 100 млн рублей. Сейчас, подчеркивают защитники Стуковой, и следствие по «магическому делу», и сама доверительница описывают эти события уже как мошенничество и рейдерский захват бизнеса, а не как «услуги по предсказанию будущего».
На этом фоне появился адвокатский трек: Виктория Стукова стала представлять интересы Шабановой как потерпевшей, добиваясь возврата денег и корпоративного контроля. К адвокату, по версии защиты, Шабанова пришла в мае 2025 года, когда осознала, что фактически отстранена от финансовых потоков и принятия решений, а сотрудники, как позже утверждала сама предпринимательница, перестали с ней общаться, считая ее поведение неадекватным.
Однако затем возник спор о гонораре, который в итоге вылился в уголовное преследование Виктории Стуковой.
