Российская сеть структур, связанных с белорусским шинным гигантом «Белшина», выглядит сегодня как поле после затяжного кризиса: банкротство в Краснодаре, убытки и отрицательные активы в регионах, уголовное дело против гендиректора на родине и санкционное давление из Евросоюза. На этом фоне источник «Абирега» рассказал, что вся русская «Белшина» в ближайшее время уйдет в банкротство.
Белорусская «Белшина» еще недавно была одним из крупнейших производителей шин в СНГ: более 300 типоразмеров для легкового, грузового и спецтранспорта, миллионы покрышек в год. После потери западных рынков и попадания под санкции компания сделала упор на российский рынок, фактически демпингуя. По данным следствия в Беларуси, завод заключал контракты с российскими контрагентами по крупногабаритным шинам на условиях 16–20% ниже себестоимости. То есть каждая отгруженная партия формально приносила выручку, но фактически увеличивала убыток.
Финансовая отчетность «Белшины» в открытых источниках обрывается на 2020 год: уже тогда при заметной выручке компания фиксировала крупный минус по прибыли и падение показателей с 2018 года. Дальше предприятие, судя по всему, жило за счет перекредитования и жесткой экономии, а не за счет нормальной операционной рентабельности.
На уровне управления это вылилось в поиск «крайних»: белорусские правоохранительные органы возбудили уголовное дело, а гендиректор Андрей Бунаков был арестован за продажи шин в Россию ниже себестоимости — сам президент Белоруссии Александр Лукашенко публично назвал российских контрагентов «жуликами» и заявил, что продукция уходила им в убыток завода, а затем перепродавалась уже с наценкой до 60%.
Санкционный фон тоже не добавляет устойчивости. Евросоюз включал «Белшину» в санкционные списки еще в 2021 году, затем предприятие добилось временного снятия ограничений, но в феврале 2026‑го режим рестрикций был восстановлен: активы, связанные с ЕС, заблокированы, европейским компаниям запрещены финансовые операции с компанией, плюс действуют широкие секторальные ограничения против белорусской экономики. Формально это не банкротство, но такие ограничения режут каналы сбыта и финансирования — завод остается с дорогими кредитами и рынком сбыта, где он вынужден конкурировать ценой и идти в минус.
На российской стороне картина выглядит не менее тревожно. Структуры «Белшины» в РФ представлены торговыми домами и дочерними обществами в разных регионах. Формально «единого» российского головного юрлица нет: все они подчиняются белорусскому центру и отправляют отчеты в Беларусь. Это «Абирегу» подтвердил и конкурсный управляющий краснодарского ТД «Белшина», который с 2022 года находится в банкротстве. По ее словам, именно белорусский центр фактически довел российскую «дочку» до несостоятельности.
«Единого главного юрлица у российской структуры «Белшины» нет, они все подчиняются Белоруссии. Все ежемесячно отчеты туда отправляют. Когда я пришла на предприятие, они продолжали запрашивать у меня отчеты, хотя в конкурсном производстве уже не имеют на это права. Они полностью понимают, кто какую деятельность ведет, кто как работает. В частности, с Краснодарским торговым домом заключили договор, поставили ликвидную продукцию, а потом перед банкротством забрали деньги за всю эту продукцию — из‑за этого организация и попала в банкротство. То есть они сами довели ее до банкротства, и сейчас мы пытаемся это в суде доказать», – рассказал конкурсный управляющий.
Краснодарская структура — самый наглядный пример. Формально в последней отчетности видна небольшая прибыль, но по сути компания представляет собой «выжженный» актив: чистые активы глубоко в минусе, собственного капитала нет, серьезная налоговая и иная кредиторская задолженность. Конкурсный управляющий оценивает перспективы однозначно: шансов выйти из процедуры нет, торговый дом будет ликвидирован. По ее словам, бизнес‑модель изначально была убыточной: российскому юрлицу вбрасывали неликвид в объемах, не соответствующих спросу, и это ломало экономику.
«Сейчас суд разбирается, мы ищем сделки, которые были совершены в убыток компании. По нашему мнению, туда поступал неликвид и в объемах, которые не нужны были организации. Они были изначально убыточные. Возможно, по остальным торговым домам схема такая же», — добавляет управляющий.
«Абирег» проанализировал все зарегистрированные в России торговые дома и подконтрольные компании, связанные с брендом «Белшина». По данным СПАРК, у значительной части из них картина схожая: символическая или падающая выручка, убыток по итогам года, отрицательные чистые активы и отсутствие собственного капитала.
Нижегородское ООО «Белшина‑УРАЛ» в 2025 году не показало выручки, сработало в минус на 466 тыс. рублей, а чистые активы ушли в минус примерно на 19,4 млн рублей.
Тюменский торговый дом «Белшина» за прошлый год показал выручку в 1,6 млн рублей, убыток — 811 тыс. рублей, а чистые активы также отрицательные — минус 32,4 млн рублей.
В Иркутске торговый дом «Белшина» в 2025 году формально показал небольшую прибыль — порядка 50 тыс. рублей, но при этом размер отрицательных чистых активов достигает 316 млн рублей. Во всех этих компаниях аналитические системы фиксируют отсутствие собственного капитала и высокий риск банкротства.
Исторически «Белшина» уже сокращала сеть в России: курская компания «Белшина» была ликвидирована в 2013 году через присоединение к нижегородскому ТД, таким же образом ушли структуры в Смоленске и Петрозаводске. Нижегородский торговый дом долгое время выступал управляющей организацией для других «дочек» и выглядел устойчивее: по данным СПАРК, на 2025 год он показывает чистую прибыль около 19,2 млн рублей, но при этом и у него активы «в минусе» — порядка 50,2 млн рублей.
В сумме это складывается в довольно прозрачную картину. Белорусский завод, потеряв часть рынков и попав под санкции, пытается удержаться за счет российского направления, но делает это в логике «любой ценой»: продает ниже себестоимости, кредитуется, а региональные торговые дома в России фактически используют как буфер для убытков и неликвидов. При этом собственная капитализация этих «дочек» давно съедена, чистые активы отрицательные, а сеть точечно «схлопывается» через банкротства и присоединения.
При этом официально ни о «массовом» банкротстве российских структур, ни о планах полного исхода с рынка не заявлялось. На сегодняшний день судьба сети в России до конца не ясна: часть компаний продолжает работать, часть висит на грани устойчивости. «Абирег» направил официальный запрос в пресс‑службу белорусской «Белшины», чтобы узнать их позицию.
