Воронежский рынок инвестиций переживает сразу несколько параллельных трансформаций: на федеральном уровне на финишную прямую вышел законопроект о регулировании криптовалют, Банк России продолжает снижать ключевую ставку, а приток частных инвесторов на фондовый рынок обновляет рекорды. Директор воронежского филиала компании «Цифра брокер» Артем Чупин в своей экспертной колонке объяснил для «Абирега», как государство меняет правила игры на крипторынке, зачем частным инвесторам «белая» крипта с налогами, какие риски он видит в сегменте высокодоходных облигаций и почему бизнесу и физлицам в регионе стоит внимательнее относиться к выбору валюты и инвестиционных инструментов.
Воронежский рынок инвестиций
Если спуститься на региональный уровень, картинка выглядит так. Чем ближе к Москве, тем активнее бизнес пользуется биржевыми инструментами, чем дальше — тем больше скепсиса и осторожности. В Воронеже крупный бизнес фондовый рынок понимает: компании, ориентированные на внешнеэкономическую деятельность, через биржу хеджируют валютные риски, размещают свободную ликвидность в облигациях.
Малый бизнес живет в другом ритме. Там деньги в основном сразу уходят в оборот, и до инвестиций просто не доходят руки. Плюс накладывается прежний негативный опыт собственников: кто‑то обжегся на акциях в 2008 году, кто‑то потерял средства из‑за неправильных решений или неудачных консультантов, и после этого «ставит крест» на фондовом рынке в принципе.
Очень многое зависит от того, как в регионе вели себя банки и инвесткомпании все последние годы. Где работали аккуратно, честно и без обещаний «100% годовых без риска», там доверие выше и людей проще вовлекать в цивилизованные инвестиции. Где рынок строился на агрессивных продажах и завышенных ожиданиях, к нам до сих пор относятся настороженно.
Как государство меняет правила игры на крипторынке
В России на финишной прямой оказался законопроект о цифровой валюте и цифровых правах. Речь идет о регулировании классической криптовалюты, которая и так давно присутствует в жизни инвесторов, просто до последнего жила в полутени. Сейчас государство пытается формализовать рынок, собрать в единую инфраструктуру и сделать максимально похожим на уже знакомый нам рынок ценных бумаг.
Планируется новая архитектура рынка: появятся профессиональные участники с лицензией на работу с цифровой валютой, цифровой депозитарий, то есть хранилище прав на эти активы внутри страны.
Доступ, насколько можно судить по текущим обсуждениям, откроют и для физлиц, и для юридических лиц. Но на практике основной интерес сейчас, конечно, у розничных инвесторов. Юрлица тоже смотрят в эту сторону, но пока это не основная аудитория.
Отдельная история — сами активы. Здесь заявлены довольно жесткие требования: минимальная капитализация, ограниченный список на старте. На первых этапах, скорее всего, допустят 3–5 крупнейших криптовалют, а дальше перечень будет расширяться и «донастраиваться» по мере накопления опыта. Этот закон — базовая рамка. Как и с классическим рынком, к нему еще годами будут добавляться поправки и уточнения, когда начнут всплывать нюансы практики.
Налог на крипту: зачем он нужен инвестору
Логичный вопрос от частных инвесторов: «Если каждую сделку с криптовалютой обложат НДФЛ, есть ли вообще смысл этим заниматься?» Формально да, прибыль от операций с цифровой валютой хотят включить в налоговую базу по НДФЛ по аналогии с ценными бумагами.
На мой взгляд, сам по себе налог не станет критическим фактором. На рынке акций и облигаций налог тоже есть, но это не мешает людям покупать активы. Это просто одна из составляющих затрат инвестора. Зато появляется то, чего сейчас крипторынку сильно не хватает, — защита прав.
Сейчас типичный сценарий проблем с криптой выглядит так: где‑то взломали биржу, украли содержимое кошелька, деньги ушли на неизвестный адрес. Расследований почти нет, требования предъявлять некому. В новом контуре ситуация другая: операции проводятся в российской юрисдикции, через лицензированного профучастника. Если этот профучастник нарушает права клиента, у инвестора появляется возможность обратиться к регулятору, а у регулятора — инструменты, чтобы заставить участника «вести себя правильно».
Что будет с иностранными криптобиржами
На мой взгляд, полностью этот сегмент иностранных криптобирж не исчезнет. Логика похожа на то, как раньше работал фондовый рынок: есть Московская биржа как площадка для российских бумаг, и была Санкт-Петербургская биржа, которая давала доступ к иностранным акциям через российскую инфраструктуру.
Сейчас под санкционным давлением часть этой схемы не работает, но сама идея понятна. Скорее всего, российская биржа будет проводить торги по основным ликвидным позициям в крипте, возможно, с доступом к части внешней инфраструктуры. При этом околотеневой рынок, который уже сложился, моментально не исчезнет. Вопрос в том, будут ли с ним целенаправленно бороться и какие стимулы дадут тем, кто решит перейти в «белый» сектор: по налогам, по сервису, по защите прав.
Обычно, если государство хочет перестроить существующие потоки, которые уходят на зарубежные площадки, оно пытается предложить льготы и дополнительные плюсы тем, кто работает внутри страны. Думаю, здесь будет похожий подход: сначала создают базовую архитектуру, а потом постепенно «дотягивают» ее условиями до уровня, который устраивает большинство инвесторов.
Снижение ключевой ставки и стратегия инвесторов
Параллельно с изменением правил игры на крипторынке меняется фон на классическом рынке. Ключевая ставка продолжает плавно снижаться, и, если смотреть пресс‑релизы ЦБ, этот тренд они ожидают и на 2026, и на 2027 год. Это напрямую влияет на то, как ведут себя и крупные компании, и частные инвесторы.
Сейчас стратегия у юрлиц и физлиц во многом совпадает: зафиксировать ту доходность, которую дают инструменты с фиксированной ставкой, на максимально длинный срок. Речь про депозиты и облигации, которые считаются консервативным ядром портфеля. Многие начали это делать еще в прошлом году, и в 2026‑м этот тренд просто продолжается.
Пока депозитная ставка дает доходность выше, чем инвестор ожидает получить на рынке акций, логично выбирать безрисковую, или почти безрисковую историю: депозиты, облигации, другие консервативные инструменты. Как только снижение ставки приводит депозиты в диапазон 8–10% годовых, начинается перераспределение. Инвесторы начинают смотреть на акции и другие альтернативы. Для тех, кто мыслит долгосрочно, сейчас как раз неплохой момент дополнительно обратить внимание на фондовый рынок.
Плюс сверху накладывается задача, которую ставит правительство, — увеличить капитализацию российского фондового рынка до значений, сопоставимых с крупной долей ВВП. Сделать это только за счет уже торгуемых компаний нельзя, поэтому на биржу готовят к выходу десятки и сотни новых эмитентов. Мы уже видим, как компании после паузы вновь начинают выходить в публичное поле, размещать акции. На недавних размещениях спрос со стороны инвесторов местами в пять раз превышает предложение, что показывает текущий уровень интереса к рынку.
Приток частных инвесторов и новые риски
В 2025 году приток средств физлиц на фондовый рынок и в коллективные инвестиции был рекордным. По данным ЦБ, чистый приток в ПИФы за год превысил 2,8 трлн рублей. Это не случайный всплеск, а прямое следствие снижения ключевой ставки и переоценки вкладов как основного инструмента сбережений.
Профессиональные инвесторы всегда двигаются раньше официальной статистики. Как только появляются первые разговоры о возможном снижении ставки или о разрядке внешнеполитической ситуации, крупные участники начинают заранее заходить в рынок. Потом к ним подтягиваются розничные инвесторы. Пока тренд на снижение ставки сохраняется, эти притоки, на мой взгляд, будут продолжаться.
На этом фоне появляются и новые риски, прежде всего в сегменте высокодоходных облигаций. Уже с осени прошлого года началась волна дефолтов и технических просрочек, и в 2026‑м она никуда не делась. Рынок ВДО ориентирован в основном на розницу: объемы выпусков небольшие, крупным институциональным инвесторам просто неинтересно всерьез заниматься бумагами по 100 млн рублей. В результате туда часто приходят частные инвесторы, которые недостаточно оценивают кредитный риск, особенно когда видят купоны в 30–40% годовых.
Моя позиция здесь простая. В таких бумагах можно держать только небольшую долю капитала, и только с четким пониманием риска. В 2026 году разумно опираться на облигации эмитентов с высоким кредитным качеством, рейтингами на уровне не ниже BBB по российской шкале, и при необходимости «пересидеть» год в более консервативных инструментах. Когда волна дефолтов схлынет и рынок отсеет слабых игроков, поле станет более предсказуемым.
Рубль, ставка и выбор валюты
И, наконец, несколько слов о валюте, потому что это тоже часть общей картины. У нас есть бюджетное правило: когда нефть дорогая, валюту выкупают, когда дешевая — продают. Сейчас нефть дорогая, но активных покупок валюты мы не видим, и рубль при этом укрепляется. Это похоже на новую тактику – выжидательную позицию.
Теоретически курс может опуститься и до 70 рублей за доллар и даже ниже, если активные закупки валюты не начнутся. Но если смотреть глобально, большинству бизнеса, который хоть как‑то связан с внешнеэкономической деятельностью, нужен более слабый рубль. Об этом открыто говорят первые лица банков и компаний. Поэтому долгосрочно сценарий более дорогой валюты относительно текущих уровней выглядит достаточно реалистично.
Ключевая ставка здесь тоже играет роль. Пока доходность в рублях заметно выше, инвестору выгоднее хранить деньги в рублевых инструментах. Но когда ставка снижается и доходности по рублевым и валютным активам сближаются, часть инвесторов начинает заранее перекладываться в валюту как в способ хранения капитала. Это создает дополнительный спрос на валюту и поддерживает ее рост.
Скорее всего, нас ждет период, когда рубль сначала еще немного укрепится, а затем мы увидим более высокий курс, чем сейчас. Поэтому к валютному вопросу сегодня имеет смысл подходить спокойно и осознанно: смотреть на структуру своих доходов и расходов, на валюту обязательств и уже от этого выстраивать портфель.
