С началом перебоев поставок бензина в регионах Черноземья потребители слышали противоречивую информацию. Власти заявляли, что топливо есть, в то же время картина на заправках была противоположной: закрытые станции и необъятные очереди к АЗС вертикально-интегрированных компаний-гигантов, люди стояли часами, ночами и целыми сутками, чтобы заправить машину. Еще тогда источники, знакомые с ситуацией говорили, что запасы у крупных сетей есть, но отгружаются они избирательно контрагентам и весьма дозированно на собственные АЗС, провоцируя километровые заторы ждущих машин.
На прошлой неделе эти разговоры вышли из кулуаров в публичную плоскость: Российский топливный союз обратился к властям с просьбой вмешаться в ситуацию на топливном рынке и обеспечить равномерное распределение доступных объемов бензина и дизеля.
Независимые АЗС под блокадой поставок
Независимые АЗС – основа топливного рынка страны: на них приходится около 60% всех станций и 30% розничных продаж моторного топлива. При этом именно региональные независимые операторы обеспечивают снабжение удаленных территорий, городских служб, промышленных предприятий и аграриев. То есть те территории, которые ВИНКам экономически неинтересны.
Но сейчас, по словам участников рынка и профильных ассоциаций, независимые операторы практически лишены возможности покупать топливо по оптовым ценам, привязанным к биржевым индикаторам: объемы биржевой продажи сокращаются, предоплаченные партии отгружаются с серьезными задержками или расторгаются, внебиржевые мелкооптовые продажи по «биржевой» цене отсутствуют. Доступны лишь небольшие объемы по цене в 1,5-2 раза выше биржевой.
Именно эти компании, по словам собеседника, нашли импортное топливо и привезли в регионы, сглаживая последствия бушующего топливного кризиса. На воронежских независимых АЗС широко представлен импортный бензин, в том числе, из Беларуси. По словам источника, знакомого с ситуацией на рынке, зафиксированы случаи, когда независимым АЗС оплаченные партии не поставляют с апреля.
На этом фоне независимые АЗС вынуждены либо останавливать продажи, либо работать по розничным ценам, существенно выше цен на сетях ВИНК. Это приводит к падению объемов реализации, росту затрат на каждый литр и вынужденному сокращению персонала, что для опасных производственных объектов создает дополнительные риски. При этом, как говорят участники рынка, наценка на топливо у независимых АЗС минимальна. А вот крупные холдинги, например «Роснефть», кратно увеличили реализацию горючего на своих АЗС, практически в одиночку пытаясь удовлетворить спрос потребителей.
Монополизация рынка
При этом ряд экспертов сходятся во мнении, что вертикально-интегрированные холдинги не столкнулись с кризисом мощностей в таких объемах, которые транслировали рынку. А прямые продажи потребителям могли ограничивать намеренно.
Например, крупные топливные компании не отгружали в срок необходимые объемы сырья, ссылаясь на «обстоятельства непреодолимой силы» из‑за аварии и нарушений технологического процесса. При этом, как отмечают участники рынка, производственная деятельность к тому моменту была уже восстановлена, топливо было в наличии и реализовывалось вполне успешно, но другим клиентам, в том числе через биржевые торги и мелкооптовые продажи.
Подобная практика фактически замещает уже оплаченный ресурс тем же товаром, повторно продаваемым по новой, более высокой цене, что требует проверки на предмет добросовестности и соблюдения антимонопольного законодательства, указывает РТС.
Сложившаяся ситуация уже меняет расстановку сил на рынке. Например, по подсчетам консалтинговой компании «ОМТ Консалт», с начала 2026 года в России временно прекратили работу 322 АЗС.
Будет ли реакция властей
Федеральный контекст ситуации усиливает напряженность: атаки беспилотников на НПЗ, сезонный рост спроса и корректировка нормативов биржевых продаж привели к дефициту бензина, который, по оценкам, затронул большинство регионов страны, а правительство в ответ вводит ограничения на экспорт, запускает импорт топлива и снижает требования по обязательной реализации на бирже.
В тоже время запрос независимых АЗС и покупателей топлива сводится к одному: обеспечить доступ к ресурсу для исполнения контрактов, чтобы не быть «крайними» в глазах потребителей и регуляторов.
«Важно понимать, что именно региональные независимые операторы в разгар топливного кризиса занимались поиском ресурса и доставкой топлива в проблемные регионы, часто по более высокой цене, в том числе, на фоне проблем с логистикой», – отмечает представитель рынка.
По его словам, во многом благодаря таким компаниям регионы справляются с топливным кризисом – операторы изыскивают всевозможные ресурсы, чтобы привезти горючее. Однако в итоге оказываются в невыгодном положении на фоне вертикально-интегрированных компаний, которые имеют возможность отгружать топливо на свои АЗС по минимальным ценам и в неограниченном количестве. При этом торгуют им по несколько часов в день. В тоже время у потребителей создается впечатление, что именно независимые сети «зарабатывают на кризисе», торгуя по более высоким ценам. Однако, по мнению собеседника, выгодоприобретатели здесь совсем другие.
Решат ли проблему прямые договоры
Опрошенные разными СМИ эксперты в целом солидарны — в плюсе от ситуации остаются вертикально интегрированные нефтекомпании. Норматив биржевых продаж бензина снижен с 15% до 10%. По предложению нефтекомпаний обсуждается понижение до 2%. По оценкам специалистов, это переведет в прямые каналы реализации около 5 млн тонн топлива ежегодно, пишет «Коммерсантъ». Как итог, потенциальный эффект для производителей может исчисляться десятками миллиардов рублей прибыли в год.
Параллельно рынок движется к прямым контрактам между производителями и потребителями. Но в этом случае прозрачность цен тоже будет снижена, говорят участники рынка. Независимые АЗС попадут в еще большую зависимость от ВИНК, а вход новых участников на рынок будет сильно осложнен. Под вопросом останется судьба небольших независимых АЗС без собственной логистики – они, скорее всего, будут просто «выдавлены» с рынка.
